Онлайн книга «Улей»
|
Я запретил Бонду ходить туда. Я проклинаю день, когда мы нашли эту башню. 17 июня Я использовал последние батареи для радио, посылая сообщение. Надеюсь, «Терра Нова» получила его, хотя, вероятно, какое-то время назад она вышла из Китового залива. Если нет, она, несомненно, до весны застряла в паковом льду в море Росса. Я сообщил о нашем положении, о ближайших планах на зимовку в Доминионе и относительно подробно описал башню во льду. Хотя ответа не получил, молюсь, чтобы мой голос был услышан – если не на «Терра Нова», то на каком-нибудь другом корабле. 18 июня Я с радостью сообщаю, что работа продолжается. Кларк провел быстрое научное исследование паразитов, найденных в собаках. Он очень прилежно работал с микроскопом, инструментами для вскрытия и простым научным оборудованием. Грант и Викман заняты метеорологическими наблюдениями. Их мир – мир северного сияния, параселена и паргелия[28], туманной радуги и лунного гало. Викмана завораживают отражательные способности гор при луне. Это можно назвать миражами, но его интересует физическая сторона этого явления. Я сам видел несколько таких «миражей», и они по меньшей мере внушают страх и благоговение. Мне кажется, однажды ночью я видел среди горных утесов и скал большой циклопический город с черными башнями и шпилями. Это лишь призрак. Однако за те несколько мгновений, что я его видел, город почти испугал меня. Или испугало что-то, что он внутри меня пробудил. Этот образ остался со мной, и я очень четко и ясно вижу город в снах. Тодс тоже увлечен окружающими нас чудесами природы. Это во всех отношениях хорошо. Сегодня он отправился на санках в короткую экспедицию, чтобы исследовать поле трещин примерно в пяти милях на юго-запад от лагеря. Он взял с собой Бонда. Надеюсь, пребывание вдали от влияния башни пойдет Бонду на пользу. Я знаю, что собакам нужна хорошая пробежка. Я видел, как они выехали, на санках были закреплены снаряжение, продовольствие на шесть дней и фанерный ящик с приборами. Тодс и Бонд планируют провести там три-четыре дня. Хорошо, что они будут заняты, но в то же время – поблизости, чтобы в случае необходимости мы могли им помочь. 20 июня Ночь в разгар зимы. По крайней мере, здесь, на дне мира. Дома, где тепло и зелено, – разгар лета. Сегодня день невообразимых откровений, и достаточно выйти на улицу и оглядеться, чтобы увидеть это. Ибо все признаки налицо. Зловещие, феноменальные, возможно, даже запретные. Ночь ясная и холодная, небо как черный обсидиан, усеянный огненными точками миллионов звезд. Ледники выглядят как серебряное стекло, а горные пики кажутся конусами вулканов. Твердый паковый лед не подается, когда на него наступаешь, но звенит, как сталь. Падающая температура заставляет лед трещать, и ледники трескаются с грохотом пушечного выстрела. Над горными вершинами мелькают и вспыхивают огни северного сияния, распространяя по небу огненные смерчи: электрические волны возникают и исчезают, сменяясь другими яркими сверкающими полосами, пульсирующими зелеными и ярко-оранжевыми, желтыми и золотыми, тускло-красными и, наконец, всепоглощающей белизной дыма. Это поистине прекрасно, но в глубине таится что-то злое и враждебное. Разве не прекрасна шкура бенгальского тигра? Или сетчатый рисунок смертельно опасных змей, таких как африканская гадюка-носорог или азиатский ленточный крайт? Или нежно окрашенные цветы аконита и наперстянки? Да, все это прекрасно и опасно. И такими я увидел вокруг себя чудеса Антарктики – как прекрасную женщину с черным ядом в сердце. Я ценю то, что вижу, но увиденное меня пугает. Я боюсь того, что за этим скрывается. |