Книга Улей, страница 34 – Тим Каррэн

– О, слава богу, слава богу, – бормотал Брайер.

Нельзя было терять времени. Тварь в треугольном проходе издавала звук, напоминающий не пронзительный вой, а скорее вялый визг. Она пробиралась по проходу, протискиваясь, как желе по соломинке, распространяя ужасное газообразное зловоние, смрад брожения и влажного разложения.

– Быстрей! – сказал Гейтс остальным.

Он вел их к круглому туннелю, по которому они прошли во двор. Теперь и сам Гейтс был охвачен паникой. Он не был уверен, тот ли это туннель. Руководствовался исключительно инстинктом. Он завел туда Холма, потом Брайера, и те убежали прочь, как пауки. Проходя в туннель, Гейтс осмелился оглянуться. И увидел клубящийся желтый туман, выплескивающийся из треугольного прохода, увидел призрачное свечение, а потом и самого шоггота.

Он содрогнулся при виде того, что должно быть мертво, как сам город.

Но оно не было мертво. Гейтс видел, как оно выползает из прохода, словно кипящая живая твердь, дышащее семя чумы. Оно не было плотным, как телесное существо, и не являлось строго трехмерным. Оно представляло собой газообразный поток светящейся зеленой материи и тумана, постоянно меняющий свои границы. Перепончатое и просвечивающееся, пульсирующее, почти шарообразное. Искаженное и извращенное, как отражение в бракованном оконном стекле. Оно вылезло из прохода, циклопический желеобразный ужас, и повисло там, парящее и студенистое, как блестящая груда внутренностей, снова и снова сворачиваясь и разворачиваясь. Его сочащаяся, пульсирующая масса состояла словно из десятков, если не сотен мясистых овоидов, похожих на расширяющиеся мыльные пузыри, и каждый из этих пузырей был снабжен красным глазом.

Хватит.

Гейтс скрылся в туннеле и помчался по нему в нечистом свете шоггота, отражающемся от стен, в тошнотворном зловонии, заполняющем пространство горячими отвратительными волнами. Он полз, карабкался, как обезьяна, и спотыкался, пока не добрался до остальных. Едва не перескочил через них и крикнул в ужасе:

– БЫСТРЕЙ! БЫСТРЕЙ! ЭТА УЖАСНАЯ ШТУКА ПРЯМО ЗА МНОЙ!

Затем Холм нашел отверстие в городской стене и самым бесцеремонным образом вывалился из него. За ним последовал Брайер, потом Гейтс. Гейтс чувствовал движение воздуха на шее, тварь продвигалась по туннелю, как стремящаяся по сосуду частица. Проход наполнился мерцающим зеленым светом, и Гейтс увидел эту тварь, увидел ее бесчисленные красные глаза, которые глядели на него, расширяясь и сужаясь в своих эластичных пузырях.

Тварь догонит его, и он это знал.

Но он не собирался сдаваться без борьбы. Неловкий и неуклюжий в костюме КЧХП, Гейтс бежал. Бежал так, как не бегал с восемнадцати лет. Он видел перед собой Холма, луч его фонаря метался, как белый меч в темноте.

Бежать, бежать, бежать.

Каким-то образом Гейтс понял, что Брайер оказался позади и это его крик он слышит. Крик резкий, истерический, безумный, самый жалкий и безнадежный, какой ему доводилось слышать. От этого крика у Гейтса перехватило дыхание. Он, словно потерял координацию и споткнулся о выступ камня.

«Ты не можешь оставить его. Не можешь оставить так умирать, – произнес его внутренний голос. – Если ты считаешь себя человеком и мужчиной, ты не позволишь Брайеру так умереть. Он старше Холма и тебя. Он не может бежать быстро. Ты должен помочь ему».