Книга Список подозрительных вещей, страница 70 – Дженни Годфри

То был первый раз, когда у нее случилась «передышка». Это слово вызывало в сознании образы наших поездок в Бридлингтон и Уитби, но я откуда-то знала, что дело обстоит по-другому. С тех пор я не слышала, чтобы мама разговаривала. То был день, когда я поняла, что жизнь может измениться одномоментно, что надо быть начеку на случай опасности. Быть бдительной.

* * *

Допивая чай, я гадала, какую причину придумать, чтобы пойти на склад и изучить Джима Джеймсона. Я принялась убирать тарелки и тут заметила, что тетя Джин шевелит бровями и кивает мне, стараясь привлечь мое внимание. Быстрым движением головы она велела мне покинуть комнату, что я и сделала, хотя и была озадачена; правда, ушла я не дальше дивана, чтобы слышать, о чем пойдет дискуссия, но так, чтобы меня не заметили.

– Неужели ты сама не можешь? – спросил папа.

На это тетя Джин ответила:

– Ей нужен хотя бы один родитель, чтобы определять ее существование. А я не создана для того, чтобы воспитывать детей.

– С чего ты решила, что я создан?

– Если б ты не закрывал глаза и видел, что происходит в твоем собственном доме, вместо того чтобы сосредотачиваться на других вещах, ты бы все заметил, – сказала тетя Джин, и голос у нее был таким ледяным, что замерзла даже я, хотя обращалась она не ко мне.

– Что ты имеешь в виду? – спросил папа. Такого тона от него я еще не слышала.

– Остин, не думай, что я не вижу, куда направлено твое внимание, – ответила тетя Джин.

У меня сдавило горло – и тем самым не дало выхода множеству чувств, поднявшихся в моем теле. Смотреть на эти чувства желания не было. Вместо этого я стала думать о списке и о Потрошителе. Уходя в паб, папа прошел мимо дивана, на котором я сидела.

– Наверное, в выходные поедем по магазинам, – сказал он.

* * *

В ту субботу я готовилась к походу по магазинам с тяжелым сердцем. И дело было не только в том, что поездка мешала мне насладиться тем немногим, что осталось от каникул, но и в том, что по тому, как папа громко вздыхал и закатывал глаза, ожидая меня, было ясно, что делает он это против воли.

– Пойдем пешком или поедем на автобусе? – к моему удивлению, спросил папа. Я-то думала, что он хочет, чтобы вся эта история побыстрее закончилась…

– Пойдем пешком, – решительно ответила я, и мы пошли в сторону магазинов.

В горячих лучах летнего солнца мы лениво шли мимо бесконечно повторяющихся рядов идентичных домов, соединенных, как нервы и вены, которые мы изучали на биологии. В какой-то момент мы свернули в переулок, в конце которого находился переход на Хай-стрит. Этот огороженный проход был коротким и располагался между рядов гаражей и парковкой. Именно там папа вдруг остановился и уставился на маленький грузовичок, припаркованный в углу, в стороне от проезжей части.

– Гм-м-м, – сказал он, – очень интересно.

У меня возникло ощущение, что папа разговаривает с самим собой, но, горя желанием показать себя хорошей девочкой, я решила быть вежливой и дать понять, что я слушаю.

– Что интересно?

– Это грузовик Джима Джеймсона, – сказал папа. – Я думал, он на выходные уехал домой. Интересно, что он здесь делает… – Сделав шаг вперед, он продолжал: – На этой неделе его задержали и допросили насчет поездок. У меня такое чувство, что они думают, что Потрошитель может быть водителем грузовика.