Книга Безмолвный Крик, страница 69 – Саша Хеллмейстер

– А потом всё прошло. В армии, когда через н-не могу заставили плыть с вещмешком и оружием. Там выбора не было. Никто не спрашивал, что я чувствую. Всем было п-плевать. Это был мой долг. И знаешь, мне п-помогло. Когда выбора нет, это даже хорошо.

Лесли уставилась перед собой. Она не хотела этого, но всё же вспомнила отца. Когда мама сказала, что он болен раком, Лесли боялась навещать его в больнице. Стадия терминальная, среди букета его онкологических проблем врачи пропустили ещё одну опухоль. Он сгорел слишком быстро. От неё.

«Обними меня, дочка», – услышала она совсем рядом тень его голоса, хриплую и бледную, и побледнела тоже.

Обними меня, смерть воплощённую.

Он пугал её. Она знала, что не хотела даже касаться его. Того, во что он превратился. Но страх её был пополам с нежностью. И отвращение к себе накатывало волнами, как продолжает накатывать порой до сих пор.

Судорожные припадки у отца не были редкостью: он мог говорить с женой при посещении, а потом резко начинал бормотать или выкрикивать что-то. Своим расшатанным сознанием и поражённым опухолью мозгом он нагнетал бессмысленные звуки и слова, и твердил постоянно: сомма-хумма-номма-сомма.

Одну и ту же дребедень – иногда часами.

Лесли опустила глаза и поёжилась, потому что вспомнила то, чего боялась по-настоящему сильно.

– Мы пришли, – сказала она и остановилась у длинного белого забора, окружавшего двор Клайдов с маленьким садом, срочно нуждавшимся в уходе.

Виктор сунул руки в карманы, задумчиво окинул его взглядом и заметил:

– Уютный. Я, когда был маленьким, хотел жить в таком. Но д-дорожки совсем не убраны. И деревья не подрезаны. Жалко. Они красивые.

– Пока нам было некогда. – Лесли стало почему-то неловко за несметённые дорожки и необрезанные лохматые деревья. – Да и не думаю, что мама этим заморочится. Спасибо, что проводил.

– П-пустяки.

– Может быть и да. – Она открыла воротца и заметила: – Но мне было приятно познакомиться.

– Мне тоже, Лесли.

– Всё же тебе стоит съездить в больницу и снять побои.

– Ерунда. П-подорожник п-приложу, быстрее затянется! – засмеялся он и махнул рукой. – Д-до встречи.

– До встречи, Вик.

Она быстро прошла до террасы и поднялась по старым деревянным ступенькам. Только открыв входную дверь ключом, Лесли обернулась напоследок и нашла глазами широкую спину своего провожатого. Сгорбившись, он уходил всё дальше, к окраине города. И не смотрел вслед ей. На короткое мгновение её что-то царапнуло внутри.

Интересно, где он живёт?

Лесли вошла в прихожую и бросила ключи на комод.

– Мам? Хэлен? – Никто не ответил. – Я дома!

Потом разулась и убрала куртку в стенной шкаф. «Переодеться и в душ. Смыть с себя этот гадкий день», – брезгливо подумала Лесли и обернулась к зеркалу, похолодев. Возле него к стене, пришпиленная ножом для мяса с кухни, была записка.

«Скоро мы увидимся».

* * *

В мире Овхары он был бог и господин, он был плоть и кровь этой земли, он был здешнее дыхание, он был воздух, небо – всё. И в то же время, будучи всем, он был ничем: простым пленником в руках Иктоми, скованным в цепи и побеждённым. Невольным творцом собственной тюрьмы. Трюкачом, попавшимся в ловушку.

– Сосредоточься, – прошептала она ему на ухо, повиснув в воздухе у самого его уха. – Мне нужно найти их вместо тех, кто уже принесён в жертву. Нашим богам нужна кровь, Хейока: их кровь. Сосредоточься получше. Найди их. Увидь. Ты видишь?