Книга Цукумогами. Невидимые беды, страница 20 – Анни Юдзуль

– О! Я поняла. Минутку.

Она торопливо сложила карту и, сунув ее под мышку, спрыгнула на деревянную ступеньку. Кёичиро изумленно изогнул брови, удивляясь тому, какая она была крошечная и… теплая, несмотря на суровое лицо.

– Они называют меня Сотня, – быстро проговорила она, не протянув Кёичиро руки.

Он пробормотал что-то вежливое, но она лишь отмахнулась от него:

– Мне о тебе рассказывали. Сядьте, оба.

Сэншу без лишних слов опустился на пыльный диванчик, укрытый леопардовым пледом. Кёичиро сел рядом, не сводя пристального взгляда с Сотни.

– Она не предмет, – шепнул Сэншу с улыбкой. – Не ищи у нее никаких признаков.

– Она человек?! – удивленно воскликнул Кёичиро.

Вышло слишком громко – Сотня показательно откашлялась. На низеньком столике перед ними она разложила карту. Камо-чан с кошкой на руках устроился в проходе и молча наблюдал.

– Прости, – беспечно отозвался Сэншу. – Что ты хочешь мне показать? Камо-чан уже приносил мне карту, ты ведь его знаешь, он такой ответственный мальчик! Просто чудо, как вы…

– У нас появились дела поважнее, чем перемещения предметов, «особых вещей», как мы их еще называем. – Сотня поправила тяжелые очки и кивнула на карту.

Кёичиро склонился над столом: карта была удивительно подробной, и даже там, где находились неточности, заботливая рука Сотни внесла изменения. Между улочек и аллей, а порой и в маленьких домиках собирались разноцветные кружочки: в основном красные или синие. Кёичиро вздрогнул, когда обнаружил две точки на месте недавно открывшегося магазина Дайго.

– Это… – начал Сэншу.

– Появление предметов, – перебила его Сотня. – Синие – примерно недельной давности. Красные – не больше двух дней. Черные же… думаю, ты и сам догадываешься.

Сэншу медленно кивнул. Кёичиро беспомощно глазел на него, не понимая, к чему все идет. В тишине слышалось, как капли дождя ударяют по стеклу и громко мурчит кошка.

– Ты же не хочешь сказать, что…

Она кивнула прежде, чем Сэншу договорил.

– Посмотри, Кё-кун. – Пальцы Сэншу указали на несколько красных точек.

Рядом с каждой из них Кёичиро обнаружил черную – по-видимому, означавшую исчезновение предмета.

– Красных точек, – вдруг сказал он, – больше, чем синих.

– Почти в три раза, – Сотня улыбнулась. – Сообразительный. Впрочем, это еще не все. Я соотнесла эти точки с последними случаями агрессии Якко…

– Агрессии потенциальных субъектов, мы ведь говорили об этом, – поправил ее Сэншу, и она закатила глаза.

– Как бы то ни было, Сэншу-сан, – проговорила она отчетливо, вдруг становясь строгой и холодной, – судя по наблюдениям Камо-чана, некто охотится за только что появившимися предметами. На карте это видно очень наглядно. И улики, просто обращаю ваше внимание, указывают на вполне конкретное лицо. Ты можешь отрицать сколько хочешь…

– Извини. – Сэншу поднял на нее теплый взгляд. – Правда, я не хотел. Просто… мы пытаемся во всем разобраться.

– Ты и несчастный мальчик, которого ты в это втянул, – Сотня фыркнула, но щеки ее порозовели. – Кё-сан, может, чаю?

– Не стоит, спасибо, – он улыбнулся женщине, и она ответила ему тем же.

– Поэтому мы и пришли. Кё-кун в некотором смысле… контактировал с Якко недавно.

– В который из разов? – осведомилась Сотня.

Под ее строгим взглядом Сэншу вел себя как школьник, и это невольно вызывало у Кёичиро улыбку.