Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 32 – Райнер Цительманн

Однако Симмс не прав, когда утверждает, что антикоммунистические настроения не играли ключевой роли в мышлении Гитлера и что он напал на СССР только потому, что считал его «слабым»[218]. Напротив: Гитлер рассматривал свой национал-социализм как революционное движение, альтернативное коммунистическому. В глазах Гитлера коммунисты были его единственными серьезными противниками. С точки зрения Гитлера, они были «фанатиками» — и он использовал это слово как высшую форму похвалы, — которые не останавливались ни перед чем для достижения своих целей. Буржуазию он считал трусливой и слабой, а либеральный капитализм — гнилой, загнивающей системой, обреченной на провал. Гитлер все больше восхищался Сталиным и уже не верил в свои собственные пропагандистские лозунги о «еврейском большевизме».

Наибольшее восхищение Гитлера вызывали те же характеристики коммунистического движения, которые с демократическо-либеральной точки зрения заслуживают особой критики: тоталитарный характер его идеологии, неограниченная воля к захвату и удержанию власти, четко сформулированная цель «фанатичной» борьбы и «уничтожения» всех политических противников. С точки зрения Гитлера, коммунисты и СССР представляли собой гораздобольшую угрозу, чем хотелось бы верить Симмсу.

Однако достоинство биографии Симмса заключается прежде всего в том, что она раскрывает тревоги Гитлера по поводу демографической ситуации и то огромное значение, которое он придавал иммиграции как элементу силы Америки. Ни один исследователь до Симмса не смог предложить столь четкий анализ того, что было одним из главных увлечений Гитлера.

На с. 493–530 я публикую две статьи, посвященные отношениям между национал-социализмом и антикоммунизмом, а также мотиву «жизненного пространства» в мировоззрении Гитлера. Обе работы — одна явно, другая неявно — представляют собой критику воззрений Эрнста Нольте. По его мнению, Гитлер и национал-социализм следует рассматривать в первую очередь как реакцию на коммунистическую угрозу; антикоммунизм является, следовательно, существенной составной частью идеологии Гитлера[219]. Здесь я не буду останавливаться на его тезисах, поскольку это подробно сделано в статье «Национал-социализм и антикоммунизм» (с. 511–530). В дополнение я хотел бы указать на более раннее толкование, которое не было мне известно, когда я писал настоящую книгу и критиковал Нольте.

Точкой зрения, согласно которой фашизм и национал-социализм являются в первую очередь реакцией на коммунизм, занимался еще в 1944 г. либеральный экономист и философ Фридрих А. Хайек. В своей книге «Дорога к рабству» он подчеркивал, «что подъем фашизма и национал-социализма следует понимать не как реакцию, направленную против социалистических тенденций предшествующих периодов, а как неизбежное следствие этих тенденций». Поэтому и получается, «что немало людей, мнящих себя стоящими бесконечно выше заблуждений национал-социализма и искренне ненавидящих его проявления, в то же время выступают за идеалы, реализация которых прямым путем ведет к вызывающей отвращение тирании»[220]. «Открыв» для себя 20 лет назад труд Хайека, я с удивлением обнаружил, что моя интерпретация Гитлера и национал-социализма во всех существенных пунктах совпадает с его точкой зрения.