Книга Семь жизней Джинберри, страница 82 – Кэсси Крауз

– Я хотел… хотел показать тебе созвездия, я в них хорошо разбираюсь! – бормочу я в перерывах между поцелуями и покусыванием нежной кожи у основания шеи Бель. – Мы можем увидеть созвездие Небесного Дракона, а через пару часов стоит попытаться найти созвездие Геракла и…

– Лучше покажи мне своего Геракла, малыш… – перебивает меня нежный голосок, который сопровождается звуком поехавшей молнии у меня на джинсах.

Этот аргумент прокатывается жаждой голого тела по всем моим мышцам и нервным окончаниям, и я решаю отложить поход на крышу до следующей ночи. Загорелое подтянутое тело Бель, корсет из ребер, которые проступают через кожу, когда она выгибается мне навстречу, маленькая грудь и длинные гибкие ноги сносят крышу, сбивая дыхание и превращая человека в зверя.

В остаток ночи мне снится лиса. Нет, не лиса, а ее уменьшенная копия с огромными ушами и злющими черными глазами, кажется, это фенек. Он стоит на задних лапках и кроет меня ругательствами, но желание потискать его уши от этого не слабеет. Я сгребаю зверька в охапку и толкаю себе в куртку. Он раздраженно ерзает и ворчит, но, спустя пару минут, сдается и успокаивается. А я просыпаюсь.

Бель еще спит у меня на плече, а ее волосы, светящиеся на утреннем солнце, рассыпались по подушке. Осторожно, чтобы не разбудить, я тянусь к телефонному справочнику на тумбочке и начинаю записывать свой сон под буквой «ф». Когда добираюсь до конца, острые зубки кусают меня за ухо, а сонный голосок выдыхает:

– Что ты пишешь?

– О… – воодушевленно улыбаюсь я, демонстрируя ей толстую книжку, – это мои сны. Я постоянно вижу во сне какую-то дичь. Вот и записываю ее сюда, чтобы в будущем использовать для сценария или комиксов.

– Оу, – вырывается у Бель, когда она принимает из моих рук телефонный справочник, – очень… – бормочет она, листая страницы, исписанные моим корявым почерком, – оригинальное занятие для спортсмена.

– Правда? – широко улыбаюсь я, приподнимаясь на локте. – Я очень рад, что ты не посчитала меня отбитым придурком. У меня нет кофемашины, но на первом этаже парни варят лучший американо.

– Я люблю латте.

– Принесу латте! И панини с курицей, м-м-м, ты язык проглотишь, как это вкусно!

– Послушай… Бруно. Как насчет того, чтобы перенести наш завтрак? Мне нужно переодеться перед работой, а от Стратфорда ехать почти час, я…

– Не вопрос, я вызову такси! Мы перекусим, и ты все успеешь! – Я прыгаю по квартире, поспешно влезая в джинсы и майку.

– Бруно! – вскрикивает Бель, но совсем не так возбужденно, как ночью. – Я спешу. Такси поймаю сама. Спасибо за эту ночь! – Она прикрывает свои невероятные глаза и целует меня в краешек губы, легко поймав за затылок. Совсем не так, как ночью.

Быстро написав свой номер на вчерашней газете, она подмигивает мне на прощание и скрывается за дверью, даже не завязав шнурки.

– Прощай, Бель, – говорю я пустоте.

Наш совместный завтрак переносится в никогда. Последние цифры ее номера лживы. По тому, как на несколько секунд ее рука зависла над бумагой, я успел это понять.

Возвращаюсь в спальню и стаскиваю с подушки наволочку, которая еще хранит аромат духов Бель, сильно встряхиваю и подхожу вместе с ней к окну.

Вздыхаю и начинаю стирать с телескопа пыль.

Дождь вознамерился разорвать небо на части. Воды за окном студии так много, что у меня начинает покалывать кончики пальцев. Ветер ломится внутрь сквозь захлопнутые двери маленького балкона, а капли стекают по ним мертвыми серыми слезами.