Книга Семь жизней Джинберри, страница 103 – Кэсси Крауз

Лондонцы и джинберрийцы больше не одна компания. Декстер, белый, словно полотно, замер на траве с воздушным змеем, который запутался в стропах и упал. Росс уже усадил перепуганную Софи в инвалидное кресло, и Сьюзен встает, чтобы увезти ее подальше от лондонской беды. Бруно кусает губы и беспомощно взирает на ослепленную припадком Лотти.

Я бросаюсь на колени перед дрожащей, покрывшейся испариной подругой, тяну к ней руки, чтобы помочь вернуться в настоящее. Но Рэндал грубо отталкивает меня, так что я едва не опрокидываюсь на спину. Вэйлон успевает меня подхватить.

– Я говорил, это плохая идея! Тащиться к воде, чтобы сожрать пару сэндвичей! А ты всегда ей потакаешь! – рычит на меня Рэндал, и его зеленые глаза смотрят так же убийственно, как «Авада Кедавра»[21].

– Рэн, ты не… – начинает было Вэй, но тот отвешивает и ему:

– Ты вообще закройся! Это ты потащил нас сюда! В эту дыру, к Ла-Маншу, к воде! К ее главному триггеру!

– Дыра у тебя вместо рта, осел! – неожиданно встревает Дороти.

– Ах ты маленькая…

– Рэн, уймись, ты делаешь только хуже! – не выдерживает Бруно, вырастая между ним и Дороти.

– Я сама могу постоять за себя! – тут же вспыхивает она.

И вся эта перепалка происходит под непрекращающуюся истерику бедной Лотти. От ее криков звенит в ушах и разрывается сердце. Нам только и остается, что говорить и звать назад ее сознание, заблудившееся между прошлым и настоящим.

– Элси… Элси! Элси! – начинает визжать моя подруга, и я понимаю, что плачу вместе с ней. – Вэй, она прыгнула! Бекки прыгнула следом за ней!

– Бекки тут, она рядом, – шепчет побелевший Вэйлон, зажимая трясущуюся ручку Лотти между своими ладонями.

– Она не дышит… с чего вы взяли, что это Элси… – С дикого плача девушка переходит на бормотание, вызывая безумную встряску наших воспоминаний. – Эта девушка даже на нее не похожа… у нее лицо, как один огромный синяк…

– Все. Все! Я не могу больше! – вскрикивает Декстер и отворачивается лицом к Ла-Маншу. Пальцы зажимают уши, могучие плечи колотит крупная дрожь.

Рэн так и сидит на траве спиной к обрыву, широко раскинув ноги, между которых у него на руках трясется и бормочет в припадке бедная Лотти. Я глажу ее волосы, Вэйлон держит за руку. По щеке Бруно катится слеза. По моей тоже, и не одна. Мы являем собой картину расколотого королевства, в котором рыцари не в силах защитить своих принцесс ото всех на свете бед. Есть одна, против которой бессилен любой из нас.

Росс и Дороти безмолвно наблюдают за этой сценой. Когда Лотти затихает и начинает часто отрывисто дышать, Росс шагает в нашу сторону, но Дороти удерживает брата за рукав.

– Не лезь, – коротко цедит сквозь зубы она, – мы уходим.

И Росс повинуется ей, точно покорный щенок, чем разочаровывает меня до глубины души.

Лотти толком не успевает прийти в себя, как Рэндал уже подхватывает ее на руки и, не глядя ни на одного из нас, отдает команду:

– Собирайтесь, мы немедленно уезжаем домой.

Парни с ним не спорят. Бруно уносится в дом Лукаса, Декс пытается сосредоточиться на своей спортивной сумке в моей гостиной, но у него не выходит. Пока Рэн баюкает Лотти на скамейке во дворе под старой яблоней, он опускается на диван и зажимает лицо руками.

– Невозможно. Это просто ад на земле, – тяжело вздыхает он, когда я сажусь рядом с ним и обнимаю родные широкие плечи. Тяжелая кудрявая голова утыкается мне в висок. – Как вчера это было.