Книга Аутсайдер, страница 84 – Тедди Уэйн

– Я грязный, – сказал он, оттолкнув ее руку.

– Знаю.

– Серьезно. Я еще не принимал душ сегодня. И играл в теннис. Надо хотя бы подмыться. Там, наверное, не очень приятный запах.

– Мне нравится, когда ты потный после тренировки. Пахнешь как суровый мужик, выполняющий настоящую работу. – Она придвинулась ближе к его промежности и глубоко вдохнула. Нос ее оказался в миллиметрах от запаха ее матери и спрятанного в кармане чека.

– Я в душ, – буркнул Конор, отстранившись.

– Не задерживайся, – ответила Эмили.

Он привел себя в порядок, тщательно смыв в раковине мускусный запах Кэтрин и другие флюиды, оставленные ею после себя. При мысли о произошедшем его затошнило, хотя главным объектом отвращения был он сам. Может, где-то на подсознательном уровне он даже хотел, чтобы его поймали, ведь в таком случае ему не придется самому принимать решение, а тревога, вызванная неопределенностью, наконец отступит.

Помочившись, он снял смартфон с авиарежима и увидел четыре текстовых и три голосовых сообщения от Кэтрин. Во всех текстовых, которые она отправила одно за другим полчаса назад, было написано одно и то же слово: «Урок». Понизив громкость, он послушал голосовые.

«Возьми трубку», – призывало первое. «Ответь мне», – сказала она во втором. А в последнем, доставленном всего десять минут назад: «Если не ответишь, я приду».

Он осуществлял свой план целое лето без единого промаха, но теперь катастрофа неизбежна. Эмили, скорее всего, уже разделась и ждет его в постели.

«Только что получил сообщения, – ответил он Кэтрин. – Плохая связь. Я отравился. Завтра смогу провести урок, если станет легче».

Но, сколько он ни пытался, сообщение не отправлялось. Связь и правда была плохая.

Кэтрин будет здесь минут через пять. Остается одно: звонить. Он открыл воду в душе и набрал ее номер. Спустя несколько секунд звонок все-таки прошел, и она взяла трубку.

– Где тебя черти носят? – рявкнула Кэтрин. На фоне глухо рокотал океан.

– Я отравился, – прошептал Конор. – Наверное, в рыбном баре. Меня рвет уже почти час.

– О… – Она тяжело дышала, видимо устав от долгой ходьбы. – Поняла. Могу принести лекарства.

– Не надо. У меня есть. И дело не только в рвоте. У меня… проблемы с желудком. – Мама однажды рассказывала, что симулянты, приходившие на прием, часто жаловались на диарею, поскольку этот диагноз было невозможно проверить, да и кому придет в голову сочинять о себе такое? – Я скоро приду в норму, но не хочу, чтобы меня видели в таком состоянии.

Ему показалось, что она остановилась.

– Ладно. Если поправишься, приходи завтра после обеда. Дочери весь день не будет дома.

– Хорошо, – сказал Конор. – Отключаюсь. Сейчас стошнит.

Он вновь перевел смартфон в авиарежим и залез в душ. Беды удалось избежать, но он допустил слишком большую оплошность; не стоило встречаться с обеими в один и тот же вечер, особенно после того, как Кэтрин могла видеть его в компании Эмили на вечеринке.

Конор вышел из ванной с обернутым вокруг талии полотенцем. Эмили лежала под одеялом, обнаженная до пояса.

– Кто это был?

– Ты о ком?

– Я слышала, как ты говорил по телефону.

– А. Это мама. Попросила помочь с заявлением на получение пособия. – Он отвернулся и скинул полотенце. – Я совсем забыл, что завтра в полдень у меня тренировка с каким-то парнем из Таннерса. К сожалению, не смогу составить вам компанию.