Книга Аутсайдер, страница 69 – Тедди Уэйн

В ту минуту Конор вспоминал недавний (и куда более успешный) половой акт с Кэтрин, во время которого они устроили игру обычно не сочетающихся языков и отверстий. Раньше он спокойно жонглировал партнершами, не испытывая ни малейших угрызений совести, но нынешний любовный треугольник вызывал у него отвращение к самому себе. Каждая встреча с Кэтрин только усиливала его зависимость, а в каждую ночь с Эмили сердце разрывалось между сильными чувствами и глубоким раскаянием. Кем бы он ни считал себя в прошлом, сколько бы оправданий ни придумал, говоря себе снова и снова, что тут нет ничего страшного, ведь ни одна, ни другая ничего не знают, а значит, потерпевших нет, – он все равно был плохим человеком. Хороший незамедлительно пожертвовал бы одной из двух авеню наслаждений, а то и обеими.

Но сколько влиятельных американцев не стесняются брать больше, чем им причитается, особенно в последние годы! И разве он, трудолюбивый и порядочный Конор О’Тул, любящий сын, живущий с матерью в двухкомнатной квартирке в Йонкерсе, не имеет права на единственную неосторожность здесь, в Каттерс-Нек? Всего один рискованный удар после многих лет ровных безошибочных подач.

– Ни о чем я не думаю, – ответил он Эмили. – У меня же нет внутреннего мира.

Однажды вечером Конор сидел в хижине, выполняя еженедельный пробный тест, предшествующий экзамену. Поначалу он беспокоился, что не сможет как следует к нему готовиться, пребывая в постоянном стрессе из-за необходимости лавировать между двумя партнершами. Однако в последнее время мозг его, напротив же, впитывал как губка все, что он читал, и, казалось, работал с удвоенной силой, словно дополнительная тренировка стратегического мышления шла только на пользу. (Или готовила к будущей карьере теневого адвоката, цинично рассуждал Конор.)

Выполнив половину заданий тренировочного экзамена, длившегося полтора часа, Конор пытался составить убедительное изложение гипотетического дела об опеке. В этот момент ему неожиданно позвонила Эмили. (Он никогда не выключал смартфон во время пробников на случай, если маме срочно потребуется медицинская помощь.) Не ответив, Конор вернулся к заданию.

Тогда она прислала сообщение, состоявшее всего из одного слова: «Помоги».

– У меня авария в ванной! – закричала Эмили, как только он ей перезвонил. – Можешь прийти как можно скорее?

Конор примчался к ней, радуясь, что дело только в технических неполадках, и спрятал велосипед за гостевым домом. Еще не видя, что произошло, он обо всем догадался по звукам, а потом и по запаху, как только вошел в окутанную паром ванную комнату. Один из кранов, очевидно для горячей воды, был оторван от стены. Из оголенной трубы, как из открытого пожарного гидранта, хлестал мощный поток воды. Эмили с вспотевшим заплаканным лицом носилась туда-сюда, зачерпывая кастрюлей воду, заполнившую ванну уже наполовину, и выливая ее в унитаз.

– Кран оторвался! – прокричала она сквозь шум потопа. – Вода прибывает быстрее, чем успевает стечь!

Оторванная кран-букса покоилась на краю ванны. Конор попытался прикрепить ее к трубе – и тотчас отдернул обожженную руку. Затем попробовал еще раз. Тщетно: температура воды была слишком высокой, а движущее давление пара только усугубляло ситуацию. Более того: кусок оголенной трубы разбрызгивал кипяток в разные стороны, как прикрытый пальцем шланг, обстреливая руки раскаленными каплями.