Книга Усы за двенадцатью замками, страница 38 – Анна Ильина, Александр Железняк, Настя Фокина, и др.

Видимо, моя звезда сегодня взяла двойную смену, потому что невзрачный лакей достаточно быстро довёл до сведения Елизара Щеглова, что к нему прибыл самый лучший детектив нынешнего поколения. Хотя, возможно, слуга представил меня своему господину как-то иначе, тут уж не поручусь.

Ещё до того, как я добрался до кабинета хозяина дома, интуиция подсказала, что он тут не причём. Щеглов не крал мистической статуэтки. Разумеется, богатые люди любят тешить свои причуды и прилагают немалые усилия, чтобы заполучить желаемое, но чутьё было не обмануть. Магнат не стал бы марать руки столь ничтожным преступлением.

Такие люди, как Елизар, дали бы взятку народному учредителю просвещения, чтобы тот устроил аукцион части музейной коллекции, и таким образом конная статуэтка оказалась бы в руках магната. Способ также преступный, но когда замешано правительство, полициябессильна.

А взбираться по шатающимся строительным лесам и выбивать окно стылой, зимней ночью? Ну, уж нет! Для этого существует чернь.

Владелец обширных северных солеварен сидел в уютной тишине мрачного кабинета, обитого тёмным деревом. Щеглов был одет в пышный халат, который легко можно было принять за шкуру медведя. Он курил трубку и недовольно изучал один из местных листков.

Кажется, это было некое финансовое обозрение. Во всяком случае, на первой полосе я увидел эмблему союза металлистов с подписью «послевоенное падение производства замедляется».

– Нестор? – Щеглов пыхнул сладким дымом и, не глядя на меня, указал на жёсткий стул напротив.

Забавно, но сам Елизар сидел на точно таком же, хотя в своём доме он мог бы позволить себе наивысший уровень комфорта, доступный смертному.

– Чем обязан? – он наконец отложил газету и уставился на меня холодными, рыбьими глазами.

Я не стал томить дельца и живо объяснил ему предмет своих тревог, разумеется, всячески упустив любые намёки на то, что сам Щеглов может быть хоть как-то причастен к этому делу. Но думаю, не нужно быть воротилой государственного масштаба, чтобы сообразить, что детективы просто так не захаживают на чашечку чая к незнакомым людям и не пересказывают им свежие новости.

К слову, чая мне так и не предложили. Что за времена!

– Значит, статуэтку всё-таки прибрали к рукам, – глубокомысленно изрёк Елизар, глядя на тлеющий табак в трубке.

Надо признаться, Щеглов меня удивил! Я ожидал, что он тут же велит выставить меня вон или потребует объяснений, почему я пришёл именно к нему с этой дурацкой историей про какую-то там статуэтку какого-то графа.

– Да-а… – протянул я, пытаясь сообразить на коленке новую стратегию ведения диалога.

– А я ведь предчувствовал, что так оно и будет, – спокойно ответил Щеглов. – Уж слишком легко она шла мне в руки.

– Вы намеревались приобрести статуэтку графа Есуларова? Ну и ну!

– Вам никто не говорил, что вы отвратительный актёр, Юлий Петрович?

– Вы будете в первой сотне тех, от кого я слышал подобное, – я ответил быстро.

Если противник замечает твою слабость, надо опередить его и выпятить её как можно острее, чтобы не дать ему возможности насладиться триумфом.

– Что же… Вы играете всё равно лучше, чем эти посмешища, которых нынче выпускают на большую сцену. Ей-богу, императрица сгорелабы со стыда, если бы пережила… А, да что поминать былое.