Книга Под знаменем Сокола, страница 85 – Оксана Токарева

Он отъехал от забрала и подал знак своим людям, успевшим привязать у леса коней и рассыпаться по опустевшему посаду. В воздух поднялись стрелы. Хазары и Ратьшины кромешники стреляли метко. Один из защитников крепости упал с вала, другой, охнув, присел, чтобы не встать, третий зажимал простреленную руку.

Тешиловцы не собирались оставаться в долгу, недаром даже землепашцы-рядовичи проводили по ползимы в лесу, выслеживая проворного зверя, добывая в дом прибыток и отрабатывая княжеское полюдье. Понятно, что самым метким оказался Инвар, сызмальства наученный попадать в плывущие по воде чурочки при волнении на море и много раз применявший свое умение, стреляя в арабов с борта ладьи своего вождя. Его стрелы отыскивали каждого, кто осмеливался высунуться из укрытия, а сам он оставался невредим.

Посылая в полет стрелу за стрелой, юный урман тщился отыскать ненавистного ему княжича Ратьшу, соперника на поле брани и в любви. Один раз ему это почти удалось. Стоявший неподалеку Тойво ясно видел, этот выстрел вполне мог прервать блестящую, бурную жизнь неистового Мстиславича. Но тут вмешалась Войнега. Не выпуская из рук лука, с которым обращалась вполне сносно, она решила подарить Инвару поцелуй. От неожиданности юноша вздрогнул. Тетива ослабла, стрела улетеласовсем не туда, куда он намечал.

Тойво про себя рассердился. Глупая девка! Нашла время! Затем, однако, подумал: а простая ли здесь случайность, или дело в чем-то ином? Для себя он решил не спускать с дочки старого Добрынича глаз, тем более, что от его стрел находники пока так и не смогли получить никакого вреда.

Хотя хазары больше привыкли к открытому пространству и лучше действовали в конном строю, они умели штурмовать и крепости, особенно такие небольшие и недостаточно укрепленные, как Тешилов. Защитники града смогли в этом убедиться, когда, прикрываясь щитами, находники стали карабкаться на валы, в то время как несколько десятков наиболее рослых и крепких под предводительством самого лихого княжича приступили к воротам.

Не обращая внимания на сыплющиеся с валов стрелы, которыми уже был утыкан его щит и оплечья доспехов, ловко увертываясь от летящих с забрала ему на голову камней, неистовый Ратьша пробился к самому входу в град, и от ударов его многопудовой палицы содрогнулись не только дубовые створки, но даже окованные железом, прочно вбитые в землю, тяжелые вереи.

— Ну и силища! — с уважением проговорил Чурила, вместе с товарищами подпиравший ворота изнутри. — Чисто Перун-громовержец.

— Скорей Леминкянь у входа в Похьелу! — отозвался Хеймо. — Чтоб ему также сгинуть, став рыбой Туони. И что только честолюбие делает с людьми!

— Ох, братцы, не выстоять нам против него! — горестно простонал, заламывая руки, Сорока. — Как пить дать, он здесь нас всех порешит!

— Пусть сначала войдет! — усмехнулся в пушистые усы Гостислав, которому отсутствие руки хоть и мешало взять лук, но отнюдь не препятствовало распоряжаться на забрале. — Не знаю, что у него за палица, но простым оружием эти ворота не разбить! Дуб для створок сам Арво Кейо выбирал! Он же ковал засовы с петлями и заговаривал вереи!

Хотя Тойво, пробегавшего мимо с охапкой стрел, весьма порадовала вера в безграничное могущество его вещего деда, прозвучавшая в словах Гостислава и написанная на лицах Тешиловских воинов, трусливые речи Сороки возмутили отрока до глубины души. Да как он может! Кто думает о поражении, считай, что уже проиграл. Еще накаркает, безмозглый! Впрочем, поразмыслить об этом отрок решил попозже: его ждали товарищи на валу.