Онлайн книга «Под знаменем Сокола»
|
— Теперь осталось совсем чуть-чуть потерпеть! — деловито отозвался Тойво. — Дождаться, пока лед сойдет, и можно ставить на воду ладьи! — Думаю, на это стоит поглядеть! — заметил Анастасий, вопросительно глянув на сестру. Молодая боярыня рассеянно кивнула. Она слушала горестную песню гибнущего льда, и на ее юном прекрасном лице улыбка сменялась тенью, а тень — улыбкой. Возле реки царил настоящий переполох. Упорно сопротивлявшийся напору талых вод и солнца лед, наконец, поддался и пошел трещинами, изгибавшимися причудливыми линиями, похожими не то на зигзаги молний, не то на плетение гигантской паутины. Еще немного, и все великолепные мосты, которые так любовно наводила за долгиемесяцы владычица-зима, умчатся прочь, открывая дорогу горделивым стругам и неповоротливым плотам. Поднявшаяся вода выгнала на поверхность целую стаю выхухолей. По берегу вслепую метались уже несколько десятков зверьков, в то время как из щелей возле кромки льда вылезали все новые и новые особи. На бедолаг хищно косились вороны и сороки. Тойво дал себе зарок наведаться сюда не далее, как завтра. За выхухолевые хвосты платили лишь немногим меньше, нежели за бобровые скоры, а это какой-никакой, а заработок: не просить же все время у деда. Да и дяденьку Анастасия почему бы не порадовать. Тойво поделился своими планами с наставником, но тот только головой покачал: — Не думаю, что получится. Коли пошла река, нам с тобой надо снадобья для похода собирать да в дорогу готовиться, князь русский, насколько я понимаю, медлить не станет. А то еще как бы Мстиславич, неровен час, не наведался. Ох, зря он Ратьшу помянул. Поскольку писк, визг и треск от ломающегося льда на берегу стояли такие, что аж уши закладывало, Тойво не сразу обратил внимание на новый звук, ни к реке, ни к лесу отношения не имевший. По дороге в Тешилов, шедшей в этом месте параллельно реке, невидимые пока за крутой излучиной, ехали всадники, человек сто, а то и больше. Сердце Тойво радостно забилось: «Неждан! Друг и защитник! А с ним, верно, Хельги воевода со своими людьми!». Больше некому. Торговые гости, предпочитавшие пользоваться или зимником — вставшей Окой, или ходить по водному пути, в эту пору пережидали распутицу в малых и больших городах, а князь Ждамир, обойдя с полюдьем землю вятичей, уже неделю как обретался в Корьдно и в Тешилов за сестрой не спешил. Тойво поделился своими приятными предположениями с Муравой. Раскрасневшееся от вешнего солнца прекрасное лицо молодой женщины осветила радость, быстро сменившаяся настороженностью или даже испугом. — Люди моего мужа не используют хазарскую сбрую, — проговорила она, внимательно прислушиваясь к конской поступи. — Да и у здешних гридней я такой что-то не примечала… — Быстро в лес! — первым оценил ситуацию Анастасий, увлекая спутников вверх по склону холма, подальше от дороги. Когда они уже стояли на гребне, надежно укрытые от недобрых глаз темной зеленью молодого бора, из-за излучины появились пришельцы. Они ехали, нетаясь, по двое в ряд на сытых холеных конях, взбивавших в жидкое тесто напитанную влагой землю, пренебрежительно выставив напоказ бурмицкую и франкскую броню, держа наготове тяжелые топоры и мечи. Они ничего не боялись, потому что чувствовали свою силу. И словно рассыпающийся горькими брызгами пенный гребень гибельной волны, вздымалась в такт конской рыси буйная пепельно-русая копна волос их вождя, и холодной ненавистью горели глаза, и пылал на левой щеке рубец, оставленный на долгую память Хельги Хельгисоном. О намерениях Ратьши Мстиславича не стоило и гадать: княжич их и не скрывал. |