Онлайн книга «Под знаменем Сокола»
|
Странные люди эти приверженцы Белого Бога! Как можно думать о конце мира в эти дивные дни, когда под огрубелой древесной корой набирают силу тягучие пряные соки, когда возвратившиеся из Ирия птицы обустраиваются на родной земле, деловито подновляя обветшавшие за зиму гнезда, когда каждая тварь на свой лад повторяет одну и ту же песнь жизни и любви? Белый Бог также проповедовал жизнь и любовь. Но надежду на Его царство следовало заслужить подвижничеством и страданиями, да и любовь имела какой-то уж очень самоотверженный лик. Девушка вспомнила, как отец Леонид свершал над Муравушкой и ее Хельги венчальный обряд. Изысканными нездешними переливами, напоминавшими не то изгибы раковины, не то плетение лозы, возносились к небесам молитвенные песнопения, исполняемые старым священником и Анастасием. Радужным блеском сияли золотые венцы, воздетые над головами новоиспеченной четы, и еще лучезарнее светились улыбки на лицах молодых. «Да прилепится жена к мужу своему, да прилепится муж к жене своей». Вместе не только до погребальных саней, но и все грядущие исполненные для новой жизни века, в какой бы земле смерть не разлучила… Княжна взяла в одну руку тяжелый, украшенный каменьями крест, в другую — заветный Нежданов оберег, серебряного волка, единственную память о матери, которую гридень в бытность свою Соловьем подарил ей, думая, что прощается навсегда. Девушка потом хотела вернуть, но Неждан рассмеялся, мол, подарки не возвращают. Всеслава тряхнула головой так, что на венчике зазвенели янтарные привески. Нет, это было выше ее сил! Добровольно отречься от веры предков, навсегда разомкнув цепь, связывавшую ее с прежними поколениями князей ее земли, дававшую надежду на встречу в ином мире с отцом и матушкой. Такого даже каган хазарский не был вправе от нее потребовать! Что же до Неждана, то он поймет,как всегда все понимал. Не он ли первый, вернувшись из ромейской земли, прямиком направился к Арво Кейо в Велесово святилище. Пусть молится Белому Богу, если тот приносит ему удачу в бою. Она с радостью встретит вместе с милым Пасху, Светлый Праздник, а потом, проводив его в далекую землю хазарскую, как и прежде, станет молиться о нем и батюшке Велесу, и Белому Богу, и всем другим богам. Всеслава отложила книгу, поправила венчик, тот самый, который был на ней зимой в памятный день поединка, и вышла на залитый солнцем двор. Тешилов жил своей повседневной жизнью. Княжеская челядь и рядовичи-земледельцы, пережидавшие зиму под защитой высоких земляных валов, собирались в ближайшие дни отправиться на засеки и пожоги — распахивать поля и огороды, расчищать под пашню новые участки. Те, которые там уже побывали, уверяли, что снег скоро сойдет. Кузнецы ковали топоры с колунами — валить вековые деревья, а плотники ладили новые бороны и подновляли зубья, обломанные о камни и корневища. Хозяйки собирали по углам последнее сено, заваривали пойла, обещая отощавшим за зиму буренкам и их недавно появившимся деткам в скором времени новую траву. И даже воины Тешиловского воеводы, хотя к ним сезонные работы имели наименьшее отношение, как могли включались в эту весеннюю суету: наводили порядок у валов, сушили на солнце пологи и попоны, перетряхивали укладки со скорами, налаживали на деревьях перевесы — побаловать молодую госпожу и ее свиту нежным мясом перелетных птиц. |