Книга Под знаменем Сокола, страница 60 – Оксана Токарева

— Изволь, княже! — шагнул он вперед, мягко, но решительно отстранив пытавшуюся его удержать невесту. — Род мой лишь немногим уступает твоему, а кое в чем и превосходит. Мой побратим невиновен, и я берусь это доказать с оружием в руках или без него.

Глаза княжича алчно загорелись. Этого мига он ждал с начала лета. С того позорного дня, когда спиной проверил твердость земли. Однако, желая скрыть свое нетерпение, он надменно оттопырил нижнюю губу:

— Сначала раны залечи! — выцедил он. — А то, коли я тебя побью, люди скажут, что поединок был нечестным.

— Ты сначала побей! — усмехнулся Лютобор. — А за раны мои не беспокойся. Тому, кто отстаивает правое дело, Господь помогает, и потому правому суждено одержатьверх, даже если он выйдет с деревянным мечом против булата!

— А точно ли другого выхода не было? — пока стражники расчищали поле, встревожено спросил Анастасий, ромей. — Я совсем не уверен, что ты к этому готов.

— Я обещал Неждану вытащить его и сдержу обещание, — отозвался Лютобор, разминая мышцы.

— Вопрос, какой ценой! — покачал седой головой дядька Нежиловец.

— Я что, должен был в самом деле отдать побратима в руки палачей? — русс резко повернулся. — Я там побывал и никому такого не пожелаю!

— Ох, не стоило мне в Корьдно приходить! — виновато вздохнул Неждан.

— Стоило! — похлопал его по плечу Хельги. — Получилось все, правда, совсем не так, как я задумал. Но, может, оно и к лучшему!

— И все-таки выходить сегодня на поле следовало не тебе!

— Какая разница, — беспечно махнул рукой Хельги. — Я Ратьшу однажды о землю уже ринул и с удовольствием сделаю это еще раз.

Уже когда он собирался шагнуть на поле, к нему подошел русский князь.

— Не забудь, что ты мне еще нужен для дел с печенегами, — напомнил он воеводе. — Да и пиво к твоей свадьбе уже почти готово.

Ох, зря он о свадьбе заговорил! Спокойное, решительное лицо воеводы помрачнело. Он обернулся туда, где стояла его невеста.

Новгородская боярышня глянула на него взглядом богини из Критского дворца, а вернее, Богородицы из храма в Ираклионе. Девушка шагнула вперед, но внезапно остановилась, словно наткнувшись на незримую преграду. С усилием подняв тонкую руку, она сложила персты иконописным жестом и трижды перекрестила жениха, благословляя его.

Пока Хельги выслушивал наставления и предостережения товарищей, Ратьша прохаживался вдоль щитов, скинув парчовый плащ. Вздымая руки в приветственном жесте, он красовался перед собравшимися, словно норовистый конь в княжеском выезде, встряхивая длинной пепельной гривой и играя мышцами холеного, тренированного тела. Корьдненские бояре громогласно выражали ему поддержку, а лица их жен и дочерей, вне зависимости от возраста, расцветали глуповатыми умильно-восторженными улыбками.

Хельги появился на поле, сопровождаемый приветствиями рядовичей и ритмичными ударами мечей о щиты: так своего бойца поддерживали руссы. Он тоже скинул меховой плащ, и по толпе пронесся единый ошеломленный вздох: неужто человек способен столько выстрадать. Даже Неждан, лучше других ведавший,что и прежде кожа побратима напоминала пергамент, побывавший в руках летописца, на миг зажмурился, представив себе, как все это выглядело несколько месяцев назад, и пообещал, что отомстит за побратима хазарам, даже если для этого придется пересечь границу миров.