Книга Под знаменем Сокола, страница 101 – Оксана Токарева

— Попробуй тут славу не спеть, — сквозь зубы проворчал Держко, — когда что ни день грозят либо княжьим людям на расправу отдать, либо вместе с другими пленниками — в рабство к хазарам!

— Молчи, дурень! — зашикал на него дед. — Чего не хватало, беспокоить светлейшую княжну нашими бедами. Не ты ли первый зимой этого хорька вонючего к нам приволок, а Ратьшу Дедославского иначе как благодетелем и не величал?!

— Так откуда я знал, каким боком его благодеяние выйдет? Скажи на том спасибо, дед, что, пока народ и стража глазели на поединок, мне удалось вас из поруба вытащить!

Во время этой невольной перепалки все трое игрецов опасливо косились на Всеславу: что как хозяину лютому все доложит.

— Говорите безбоязненно, — успокоила их княжна, — Мне Ратьша не больший друг, чем вам!

— А как же… — старик поводырь открыл было рот, да так и забыл его захлопнуть, не зная, как вести дальше разговор.

— Да говорил я тебе, дед, что без толку все это, — безнадежно махнул рукой Держко. — Стала бы госпожа просто так на нож кидаться!

— А в дружиной избе, что ни день, о свадьбе скорой толкуют, — начал оправдываться старший из игрецов. — Вот мы, глупые,и понадеялись, что ты, госпожа, перед будущим мужем словечко за нас замолвишь. Лютый он в последнее время стал, мочи нет терпеть!

— В последнее время? — удивленно переспросила Всеслава.

Удрученная своими немочами и печалями она не приметила в Мстиславиче особых перемен.

— А он тебе не говорил? — удивился Молодило.

— Хазар он каких-то важных со дня на день ждет, — перебил старшего товарища неугомонный Держко. — А они, похоже, задерживаются.

— А какое ему теперь дело до хазар-то? — не поняла Всеслава.

— Ну как же, госпожа, — принялся объяснять Молодило. — Войско он снова собирает. Хочет племенных вождей да прочих нарочитых сплотить опять идти войной на руссов. Для этого казна нужна, а где ее взять, как не у хазар.

— Да неужто после того, что он в Тешилове сотворил, люди за ним пойдут?! — возмущенно приподнялась на своем ложе Всеслава.

— Ох, госпожа, — вздохнул игрец. — Вот за это, — с горькой тоской неимущего старик обвел взглядом щедро завешенные драгоценными коврами стены, стоящие на полках хорезмские чеканные блюда, оплетенные сканью серебряные булгарские кувшины, муравленые плошки и кубки бесценного веденецкого стекла, — еще как пойдут!

— Только вот этого, — подхватил Держко, — очень много надо! А у хозяина нашего пока не на все хватает. Думал добычей, которую в Тешилове взял, дела поправить, а тут ведь какая незадача.

Всеслава кивнула. Еще в первые дни ее болезни Анастасий поведал ей, как ярился Ратьша, узнав о том, что Хельгисон с Нежданом его людей порубили, полон да награбленное отняли. Ох, Велес, батюшка! Почему же ты не помог, зачем не поторопил милого на пути в Тешилов, за что не нашептал, какой дорогой поехал Мстиславич. Неужто разгневался, что Незнамов сын изменил тебе, обратившись к Белому Богу, или сделать ничего не смог, ибо вещие норны уже заранее выпряли нити судьбы?

— А нынче еще и торговля в этих местах совсем заглохла, — продолжал между тем Держко. — Руссы своими ладьями всю Оку перекрыли, купцов вниз по реке никого не пускают, не хотят, чтобы хазарам о численности и снаряжении их войска разбалтывали.

— А этот русс, как его, бишь, Хельгисон, да Соловей, Незнамов сын, — с явным неодобрением добавил дед Молодило, — всю Мещеру нынче перебаламутили!