Книга К морю Хвалисскому, страница 201 – Оксана Токарева

Это случилось пять лет назад. День, о котором я собираюсь поведать, должен был стать самым счастливым в моей жизни. Отец вел меня к алтарю, возле которого ожидал нареченный жених, человек, которого я нежно и страстно любила, сын достойных родителей, храбрый воин и мудрый вождь. Церковь святой Агнессы была заполнена народом: посмотреть на свадьбу единственной дочери лорда Аттельстана собралась вся округа. Из святого города Рима приехал брат жениха, получивший благословение Папы свершить над нами свадебный обряд.

Мой будущий деверь уже произнес: «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает», но закончить фразу ему не дали, как не позволили мне надеть на палец суженного обручальное кольцо: за стенами храма послышался шум, сквозь разбитые окна и выставленные двери внутрь полетели стрелы и зажженные факелы. Это Гудмунд сэконунг и его сын Бьерн решили на свой лад поздравить кровного врага.

Вероломное нападение было прекрасно спланировано. Ни береговые сторожа, ни охрана у церкви не успели даже подать сигнал. Лорд Торкиль, Нотмунд, мой отец и все мужчины, которые находились в храме, взялись за оружие, чтобы дать отпор врагу. Но все оказалось тщетно. Воспользовавшиеся преимуществом внезапности, превосходящие числом викинги быстро сломили сопротивление и устроили настоящую резню. Очень скоро оскверненный храм превратился в пылающий факел. А вслед за ним запылал наш замок и вся округа.

– Как же вам удалось спастись? – поинтересовался боярин, переводя удивленный взгляд с брата Ансельма не его невестку и обратно.

– Это был Божий промысел, – отозвался чернец. – Когда люди сплотились вокруг лорда Аттельстана и моих отца с братом, я, несмотря на то, что мой сан запрещает мне браться за оружие, решил последовать их примеру. Но Нотмунд крикнул мне, чтобы я во что бы то ни стало спас леди Агнесс. Я не посмел ослушаться: хотямы с ним родились близнецами, он появился на свет первым, и я всегда признавал его старшинство.

Не выдержав ужаса происходящего, моя невестка лишилась чувств. И это было к лучшему, ибо иначе она вряд ли бы сумела расстаться с суженым и отцом и разделила бы горькую участь многих английских женщин и дев, которым в тот страшный день суждено было пасть от мечей варваров или сделаться их рабынями. В алтаре, куда я скрылся со своей драгоценной ношей на руках и упованием на всеблагого Господа в мыслях, начинался подземный ход, вырытый еще при римлянах и выходивший к морю. Вот этой дорогой спаслись мы и те немногие, которые успели последовать за нами.

– А что было дальше? – спросила госпожа Парсбит.

– Когда осевшие по самые борта от награбленного корабли Гудмундовых головорезов скрылись из виду, – продолжала леди Агнесс, – мы поспешили на пепелище, надеясь отыскать хоть кого-то живых. Но тщетно. Тех, кого викинги не убили, они забрали в плен. Возле алтаря мы нашли тела лорда Торкиля и моего отца. Его труп сильно обгорел, но обугленная рука все еще сжимала фамильный меч. Тело Нотмунда, сколько не искали, мы так и не нашли.

Вот тогда над руинами оскверненного храма, ставшего огромной общей могилой, у подножия чудесным образом не тронутой огнем статуи святой Агнессы я дала страшный обет – обет мести.

Хотя наш замок был полостью разграблен, у моего отца оставалось еще немало казны в тайниках, о существовании которых Гудмунд, конечно, не подозревал. На эти деньги я снарядила боевой корабль, который назвала Белый Червь. Оплавленный меч моего отца был перекован, и вскоре многие из северных разбойников узнали его карающую силу. Так родилась Белая Валькирия – гроза морей, а брат Ансельм стал духовником моих людей.