Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 46 – Оксана Токарева

За завтраком и еще до этого в сети Филипп извинился за вчерашнюю вспышку и предлагал Еве отвезти ее на занятие в особняк Ищеевой. Но Карина предусмотрительно написала, что пришлет машину.

Знакомый уже «гелик» и в самом деле появился вскоре после обеда. Водитель, у которого в салоне лежал бейдж с подписью «Никита Добрынин», хоть и не тягался габаритами с могучим телохранителем, но оказался крепким чернобровым молодцем с короткой стрижкой и в строгим черном костюме службы режима.

Его не лишенное привлекательности лицо показалось Еве знакомым. То ли она видела его в ленте у друзей, то ли он засветился где-то на фотографиях рядом с Кариной. Впрочем, в отличие от развязаных таксистов, вышколенный сотрудник бизнес-леди свое общество не навязывал и за всю дорогу до моста и далее к коттеджному поселку не проронил ни слова, лишь изредка поглядывая на Еву в зеркало заднего вида.

Ева тоже изучала свое отражение, проверяя макияж и прическу. Она не пыталась тягаться с дочерью олигарха, да и пару брендовых вещей, купленных по случаю на распродажах, сюда не взяла. Но все же лохушкой выглядеть не хотела.

Дома и особняки коттеджного поселка ожидаемо прятались за высокими заборами, у некоторых хозяев облагороженными, затейливой кладкой, художественной ковкой ворот или зеленью палисадников. Один из домов и вовсе окружала живая изгородь, по своей высоте и толщине превосходящая любой забор.

Возле этой необычной ограды, придирчиво разглядывая разросшиеся ветви колючего можжевельника, прохаживалась очень красивая, рыжеволосая женщина, неуловимо похожая на Василису Мудрицкую. Хотя незнакомка не имела при себе никаких инструментов, от прикосновений ее рук побеги словно изменяли направление роста, образуя ровную стену, как во французском регулярном парке.

Ева вспомнила, что у Василисы Мудрицкой где-то в этих краях живет родная тетка по матери, жена какого-то крупного бизнесмена из металлургической сферы. Уж не она ли это?

Увидев гелик, женщина прервала свои занятия, строго глянув на Никиту, отчего тот нахмурилсяи прибавил газ.

Поскольку Ева на обширной территории настоящего поместья госпожи Ищеевой могла просто заблудиться, Никита, поставив машину, предложил ее проводить. Проходя по дорожке от гаража вдоль обрамленного барьерными цветами идеально подстриженного газона и огибая мрачноватый особняк в английском стиле, Ева услышала доносящийся из открытого окна голос Карины. Бизнес-леди кого-то явно распекала.

— Глупая ты никчемная кикимора! Не смогла отыскать одно завалящее перышко!

— Не такое уж завалящее, коли вы меня за ним уже второй раз гоняете, — раздался в ответ подобострастный, звенящий то ли льдом, то ли разбитым стеклом голосок, который мог принадлежать только Танечке Еланьиной. — Я на этот раз от вашего Финиста поганого еле живой ушла. Он сначала зеркальце мое разбил, теперь еще и лицо когтищами расцарапал. Как я людям-то покажусь?

— Молчи, дура! — сердито цыкнула на не Карина. — Скажи спасибо, что я тебя сразу не отправила к отцу на болото! Как тебя угораздило его в первый-то раз так бездарно уронить?

— На меня змея в лесу напала, когда я на ветку села передохнуть, — плаксиво отозвалась Еланьина.

— Кто тебя просил садиться на ветку? Небось, муж бабки Таисьи опять решил все карты мне спутать! — озабоченно проговорила Карина. — Когда до иглы доберусь, надо будет со всей этой семейкой Полозовых разобраться. Благодетели хреновы! И папочка мой не лучше! Но сначала добудь мне перо, и не какое-нибудь, а то самое, которое сейчас у девчонки! Не просто так мой папаша еще после истории с силками велел тебе за ней присматривать. А я-то понять не могла, почему на молокососа мой морок не действует. Я же тогда на почте и потом на яхте не знала, как перед ним раскорячиться, едва стриптиз не устроила, а он, телок, в системе все копался. Вот ведь чурбан! Попомнит он еще меня!