Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 29 – Оксана Токарева

В самом деле, что на нее нашло? Обычно такие срывы свойственны импульсивным тинейджерам. А она уже давно вышла из подросткового возраста. Почему она сразу подумала о какой-то нелепой интрижке? Филипп с Кариной же просто стояли на флайбридже и даже не в обнимку. Ксюша об этом, кстати, писала и прикрепила фотографию, выложенную на своей страничке кем-то из ребят, кажется, падкой до сенсаций Зоей Трифоновой.

Возможно, Ева так среагировала именно потому, что хозяйкой яхты оказалась дочь и наследница аффинажного короля? Что надо Карине Ищеевой от Филиппа? Вряд ли их встреча состоялась случайно. Судя по всему, служба безопасности фонда экологических исследований по приказу своего шефа все это время за Балобановым следила. Как иначе объяснить отказы в трудоустройстве? Или тут были тоже задействованы какие-топотусторонние силы?

Не найдя ответов на эти сложные вопросы, Ева так и заснула с телефоном в руках, чтобы пробудиться от записи пионерского горна и сдавленной ругани Филиппа. Ксюша оказалась права. Проснувшись от сигнала подъема, который по должностным обязанностям обычно включал он сам, Балобанов спросонья вскинулся куда-то бежать. Увидел девушек, в смятении заметался, задел повязку и упал обратно на кровать, завернувшись в простыню, точно мумия фараона, и глядя затравленными глазами сокола, запутавшегося в силках.

— Ну будет, будет! — перебравшись через замешкавшуюся Еву, подступилась к нему Ксюша, с врачебной бесцеремонностью положив руку на лоб. — Температуры вроде бы нет. И на том спасибо.

— Сильно болит? — участливо поинтересовалась Ева, пока Ксюша осматривала повязку, которую решили не снимать.

Все-таки в лагере имелся медработник.

— Что произошло? — вместо ответа спросил Филипп.

— Похоже, в тебя попала молния, когда ты ринулся на крышу за Кулешовым и другими стримерами.

Филипп кивнул. Этот момент он, видимо, помнил, хотя трансляцию просмотрел с таким видом, будто все это где-то видел, но думал, что это сон или кино.

— Но меня же там нет, — неуверенно проговорил он, еще раз проматывая на момент, когда в кадре появился сокол.

— Вот именно, — кивнула Ксюша, протягивая приятелю высохшую за ночь одежду. — И нам бы хотелось узнать, где тебя носило до той поры, пока ты в чем мать родила не залез к нам в окно!

Ева собиралась объяснить, но поняла, что, если выскажет свою версию, ее могут отправить в психиатрию. И так весь лагерь гудел, обсуждая вчерашнее происшествие. Севин прямой эфир уже успел взорвать интернет. И пока мальчишки с довольным видом подсчитывали новых подписчиков, родительские чаты гудели от ужаса. Все хотели выяснить имена нарушителей спокойствия и убедиться, что их чада пребывают в добром здравии.

Едва Ева, Ксюша и Филипп с некоторым опозданием появились на планерке, с них потребовали объяснительные. В стороне уже рыдали в три ручья девочки-практикантки из местного колледжа, исполнявшие обязанности вожатых в отрядах Севы, Пети и Леши.

— Да я вас выставлю отсюда в двадцать четыре часа и руководителю практики напишу, чтобы незачет вам поставила! — бушевала директор лагеря Татьяна Ивановна, пышнотелая дама с прической,напоминающей плетеную булку и, кажется, так и называющейся. — Опозорили лагерь на всю страну! Молите Бога, чтобы родители не подали на нас в суд или из области не прислали прокурорскую проверку по факту оказания услуг, не соответствующих заявленному качеству и опасных для жизни несовершеннолетних.