Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 142 – Оксана Токарева

Жар-птица летела впереди, освещая путь, переярка-Ксюша бежала рядом. Чуть позже, Ева это точно помнила, к ней присоединились другие волки. Стая сопровождала их до самого входа в логово, показывая дорогу. Серые хищники, возбужденно подвывая и повизгивая, бежали рысью, некоторые, видимо, сеголетки, принимались скакать и дурачиться, самые храбрые решились приблизиться и обнюхать гостей. Кто-то даже по-собачьи ткнулся носом Еве в ладонь.

В другой ситуации подобное соседство ее бы испугало, но сейчас она слишком устала. К тому же она чувствовала, что от волков, как и от русалок на озере, не исходит вражды. Проводив гостей к скрытому между камней узкому лазу, в который Лева-медведь протиснулся с огромным трудом, волки куда-то убежали, а Еву вскоре положили на что-то мягкое и начали снимать мокрую одежду.

Помощи она не противилась, не имея сил даже разлепить веки, потом вспомнила про перо, привычно провела рукой по обнаженной сейчас груди, ничего не обнаружила и, мгновенно испугавшись, подскочила, ощутив острую боль в ребрах и испытав новый приступ дурноты.

— Да на месте оно, лежи, не дергайся, — поспешила успокоить ее Ксюша, которая не только приняла человеческий облик, но даже успела надеть джинсы и свою знаменитую косуху, которую Ева предыдущие дни честно несла в рюкзаке.

— Голова кружится? — участливо поинтересовалась Маша, помогая Еве натянуть майку, мягкую фланелевую рубаху и откуда-то взявшиеся домашние штаны.

Обиталищесородичей Ксюши, расположенное в чистой уютной пещере, напоминало не волчье логово, а настоящий отель в этническом стиле. С темных сводов, вызывая ассоциации с трубами органа или колониями актиний, спускались сталактиты, а им навстречу, кое-где срастаясь и разделяя пещеру на отдельные помещения, поднимались сталагмиты. При этом Ева не ощущала сырости. Пол устилали мягкие шкуры. Они же служили одеялами и занавесями.

Ева прислушалась к своим ощущениям. В голове вроде бы слегка прояснилось. Она попыталась подняться, но почувствовала неприятное жжение в груди и закашлялась. На платке, который протянула Маша, отпечаталась кровь.

— Я убью Шатунова! — свирепо встряхивая дредами, пообещала Ксюша, нацеживая в кружку какой-то пахучий отвар и разбавляя его водой из одолень-ключа. — Ничего ему поручить нельзя! Не шаман, а свистулька какая-то! Хуже Полкана!

— Он же уводил последнего всадника, — поспешила вступиться за провожатого Ева. — Со мной все в порядке, — добавила она, пытаясь ощупать ребра, но вместо того наткнувшись на меховое одеяло. — А где все? — добавила она, имея в виду так и не вернувшихся в пещеру сородичей подруги.

— Несут дозор по берегам реки Смородины, — не без гордости пояснила Ксюша, заботливо кутая подругу в меховое одеяло. — Ночь, сама понимаешь, беспокойное время, мало ли кто с той стороны полезет. Дома помимо стражи остаются только дряхлые старики да волчата с мамками. Но их лежбища и гнезда расположены в другой части пещеры. Завтра всех увидишь и познакомишься с моей прабабулей и дедом. А пока отдыхай.

Ева кивнула, вспоминая замечание подруги про санитаров леса. В Слави волки, видимо, выполняли похожую функцию, только охотились на более опасную дичь. Не просто так их в древности называли Хорсовы войска. У Евы, конечно, еще оставались вопросы, но задавать их не хватало сил. Тем временем из-за занавески, видимо, отделявшей эту часть пещеры от других помещений, показался Лева. Деликатно глянул на Еву и виновато покачал головой.