Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 107 – Оксана Токарева

— Опять видео будем снимать? — спросил он услужливо, спуская халат с плеч и нарочито поигрывая бицепсами.

— Кое-что получше, — плотоядно улыбнулась Карина. — И, пожалуй, ты мне на сегодня не нужен.

Когда не допущенный до тела охранник, обиженно сопя, удалился, она села перед зеркалом и провела над его поверхностью рукой. Сначала гладь пошла рябью, как экран телевизора, у которого появились помехи. Потом поверхностьснова разгладилась, отражая обстановку комнаты и ее хозяйку. Вот только вместо Карины из зазеркалья на Еву смотрел ее зеленоглазый двойник.

Застрявший в горле комок, так и не ставший криком, заставил закашляться и прервал наваждение. Сквозь откинутый полог палатки внутрь лился солнечный свет и вместе с утренней свежестью проникал запах грибной похлебки с дымком. Маша, Лева и Ксюша, одетые и прибранные, весело кашеварили у костра.

— Ну и кто тут говорил что-то про дичь? — возвращаясь к давешнему обсуждению, ехидно спрашивал Лева, помешивая ароматное варево, щедро сдобренное луком и травами.

— Так какой смысл было охотиться, когда вчера грибов три кузова набрали, — напористо отбрехивалась Ксюша. — Да и подругу будить не хотелось. Она опять, кажется, по терему Карины бродила.

Ева завозилась, выбираясь из мешка и отыскивая в палатке одежду. Исцельница, чистая и сухая, лежала рядом с бельем, верхней фланелевой рубахой и штанами, которые вчера вместе с хозяйкой купались в Молочной реке. Похоже, подруги, уложив ее отдыхать, все выстирали и за ночь просушили. А она проспала даже свое дежурство, хотя при этом чувствовала себя разбитой и усталой, а сердце учащенно билось от тревожных мыслей.

В намерениях Карины сомневаться не приходилось. Не просто так недовольно сопел Никита, который, похоже, испытывал к своей начальнице какие-то чувства. Бедный Филипп! Удастся ли ему избежать новой ловушки? Распознать злое наваждение, когда разум затуманен болью и находится под властью проклятого осколка. Как ему еще хватило сил не сломаться под пыткой? Елена признала, что у него, как и у его отца, есть стержень. Но одно дело противостоять жестоким палачам, а совсем другое — узнать ведьму под чужой личиной. В любом случае надо торопиться, пока не случилось большой беды.

Когда Ева вышла к костру, Маша и Ксюша приветствовали ее удовлетворенными улыбками. Ева принялась их благодарить за помощь со стиркой, но они ее уверили, что услуга того не стоит.

— Мы же сами вовремя не предупредили тебя о коварстве Молочной реки, — добавила Маша, разливая по кружкам ароматный чай, пока Лева накладывал в миски густое грибное варево, с которого уже успел снять пробу.

Ева без лишних разговоров последовала примеру спутников, у которых аж за ушами трещало. Тем более что после вчерашнегокупания аппетит она чувствовала зверский.

— Ну что там, совсем проклятая ведьма бедного сокола замучила? — испытующе глянул Лева, когда они все, покончив с едой и сполоснув в ручье посуду, сворачивали лагерь.

Ева рассказала все без утайки, едва сдерживая слезы.

— И что она собирается этим добиться? — задумчиво проговорил Лева, проводя пальцем по щеке, на которой только начали появляться первые точечки-шпеньки золотистой щетины.

Из бани Таисии на сеновал он вчера отправился гладковыбритым.

— Надеется, что Ева от жениха отречется? — предположила Ксюша.