Книга Дочь Водяного, страница 57 – Оксана Токарева

В том месте, где в вечной мерзлоте, словно в насмешку над приехавшими с Николаем учеными, оставалисьследы шерсти и несколько костей, образовался мощный водоворот между мирами. Михаилу даже почти не пришлось прибегать к помощи дудочки, чтобы этот лаз сделать проходимым.

О том, куда и каким образом он направляется, Вере Михаил поведать не смог. Но по дороге к берегу реки, когда в стойбище еще все спали или делали вид, возле входа в жилище старого шамана Михаил ощутил какое-то движение и даже разглядел знакомую прядь светлых волос.

Предстоящего ему путешествия Михаил, конечно, не боялся, но все же как-то переживал. Все-таки избушка деда Овтая, откуда он прежде заходил в тонкие миры, выглядела привычной, если не сказать — родной. Да и в лесах Слави за Молочной рекой зловредной нежити почти не водилось. В нынешнем путешествии его еще смущало то, что граница между мирами шла фактически по воде. Вдруг этот сакральный топос его не примет? Михаилу же требовалось перенестись туда не только духовно.

— А тебя не удивило, что симург и эхеле защитили от холода и твою душу, и тело? — насмешливо фыркнул угадавший причину его волнения Дархан. — Да и лихорадку от твоего сына духи отгоняли не только в тонких мирах. Что же касается Күөх Боллох Тойона, то, если я правильно понимаю, он первый заинтересован в том, чтобы тебе помочь.

Хозяина вод и подателя рыбных богатств в здешних краях уважительно именовали Господин Сине-зеленый Бугор. К людям он приходил в образе добродушного старика, одетого в рыбью чешую или сети, с волосами и бородой из водорослей. Существовало поверье: нельзя ронять в реку железные вещи из страха поранить духа-хозяина воды. За упавшей лопатой, случалось, ныряли даже в прорубь, чтобы скорее достать и принести Күөх Боллох Тойону извинения.

Михаил из снаряжения имел только мешок с кварцем и хрупкий фульгурит, да и в воду нырять не собирался. Едва подойдя к откосу и поднеся к губам прадедову дудочку, на которую Дархан смотрел со снисходительным любопытством, он вместе со скарбом непостижимым образом оказался на спине плывущего по руслу подземной реки эхеле.

В сказаниях тюрков и монголов хозяева вод жили в юртах или чумах и владели обширными пастбищами, на которых пасли бесчисленные стада отменно резвых водяных восьминогих оленей или коней. Михаил пастбищ не видел и коней не встречал. Да и косяки рыб, которые, согласно традиционнымпредставлениям, выгуливали на речных просторах славянский Водяной и мордовский Ведятя *, тоже на пути ему не попадались. Он вообще не мог описать ту подвижную, текучую субстанцию, которая их окружала. Вероятно, эхеле срезал путь сквозь сумрачные коридоры междумирья, где пространство и время подчинены неклассическим законам экзотической материи, как в червоточинах или черных дырах.

Порождения Нави пытались преградить им путь. Дух-помощник издавал оглушительный трубный глас и начинал энергично работать бивнями. Если противник не сдавался, он поднимался на дыбы, хлестал кого-то хоботом, разбрызгивая черную слизь, словно зверь Индрик, расчищающий от скверны протоки подземных ключей. Временами на помощь приходил и дух верхнего мира Семаргл. Тьму озаряло сияние огненных крыл, и она с обиженным воем и шипением отступала, распространяя запах паленой псины.