Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 145 – Оксана Токарева

Она мою настороженность почуяла, но истолковала по-своему.

— Ты все слышала? — горестно спросила она.

— О чем ты? — поинтересовалась я, ожидая еще каких угодно сюрпризов.

— Про то, что я проникла в ваш дом как последняя воровка?

— Меня так в Ирии обозвали, — пожала я плечами, разглядывая подживающие следы от клювов на руках и коленях.

Бедные джинсы после наших странствий и встречи с жар-птицами являли собой показательный пример стиля гранж.

— Получается, это Константин Щаславович позволил духам дона Оттавио тебя найти? — уточнила я.

— Духи ничего не искали, — раздраженно повела плечами Василиса. — Дон Оттавио всегда шел путями Нижнего мира, с Бессмертным быстро договорился, жалостливую историю про дочку наплел.

— А Лева ему так верил, — вздохнула я.

— Лева и вы с Иваном — единственные, кроме отца с тетей, кто желали мне добра и пытались спасти, — виновато глянула подруга. —А я отплатила вам такой черной неблагодарностью. Ты сможешь меня простить, Маш, что я ночью без спроса в ваших вещах рылась? И первое сообщение с твоего планшета ему, постылому, отправила о том, что продолжаю поиски, прошу дать несколько дней отсрочки. Я ведь думала, найду сейчас иголку, преломлю наконечник, а там пусть хоть заживо сжигает! Но так ничего и не отыскала.

— Поэтому Бессмертный тебя тогда забрать хотел? — уточнила я, вспоминая жуткую ночь, когда с дудочкой в руках держала оборону.

— Ему это едва не удалось, да ты помешала, — кивнула Василиса. — А Лева с помощью исцельницы в мир людей меня почти вытащил, — добавила она, и ее голос сорвался на всхлип, вызвав и у меня труднопреодолимое желание разрыдаться.

— Почему ты тогда в ресторане нам ничего про поиски иглы не сказала? — спросила я, прокручивая события дня хорового экзамена.

— Стыдно было, — призналась Василиса. — Вы так по-доброму ко мне отнеслись. И ваши родители, и, в особенности, Ваня. Он ведь даже ни словом не подумал меня упрекнуть или спросить, почему я другому обещалась. Что теперь говорить? — вздохнула она. — Иголки как не было, так и нет.

Она глянула на меня, что-то прочитала в моем выражении лица, и в ее взгляде появилась надежда.

— Или есть? — переспросила она.

Я едва заметно кивнула.

Василиса зажала рот, сдерживая жалобный девчачий скулеж. Ее ощутимо трясло, и она не пыталась вытирать льющиеся безостановочным потоком слезы.

— Погоди, я сейчас, — попросила она хрипло и глухо.

Потом торопливо засеменила куда-то вглубь покоев, стараясь не потревожить крепко спящего Никиту. Она вернулась быстро, решительно сжимая в руках знакомые мне пустые скорлупки.

— Хорошо, что ты прихватила их с собой, — улыбнулась Василиса, кладя половинки яйца возле моей клетки. — Если сложить их вместе, они откроют портал к заветному дубу. Отыщешь на пустоши Леву. Если немертвые до него не добрались, он подскажет, как Ивана вернуть. Или как-нибудь сама справишься.

Я потрясенно слушала ее и не понимала, что она задумала, вернее, просто отказывалась принять. Но она уже тянулась к нижнему замку.

— Нет, не надо, не смей!

Забыв об осторожности, я закричала так громко и отчаянно, что, вероятно, услышали немертвые на пустоши, а Никита недовольнозаворочался на софе.

— Я все равно собиралась тебя освободить, — торопливо, словно оправдываясь, проговорила Василиса. — Хотела, чтобы ты спасла Ваню и Леву, и вы вернулись в Явь. Теперь вижу, что и для меня остается пусть небольшой, но шанс.