Книга Легенда об Эльфийской Погибели, страница 109 – Александра Рау

– Надеялась добраться до тебя чуть позже, – повернулась ко мне Минерва, наблюдая, как я изо всех сил стараюсь устоять на ногах. – Но можешь остаться посмотреть. Ведь можно, если очень хочется, верно?

– Отпусти ее, – гулко скомандовал капитан Фалхолт; таким голосом он обращался лишь к подчиненным.

Минерва рассмеялась. Она вела себя так, словно вокруг не бушевало сражение, не лились реки крови, не умирали люди. Словно все это было затеяно лишь ради личной мести. Мести тем, кто никогда и не думал, что причиняет ей боль.

– Ты же не считаешь, что его жизнь равнозначна жизни принцессы? – поинтересовалась она. – Ари, будь я на твоем месте, то засомневалась бы в верности брата.

– Неужели тебе не дорога жизнь собственного советника?

– Его мордашка дорога лишь тебе, Фалхолт.

Рука Кидо чуть расслабилась, но заложник не поспешил вырваться из его хватки; Лэндон замер, обескураженный словами своей королевы. Глупо было полагать, что Минерву заботила хоть чья-то жизнь, кроме ее собственной, но верная служба и острый ум советника могли бы понадобиться ей и в дальнейшем.

Я попытался сорваться с места, но не смог сделать и шага. Руки стали такими тяжелыми, что даже водрузить на плечи небеса казалось проще, чем пошевелить пальцем.

Драконы кружились над нами, различимые лишь на фоне редких облаков, но Минерва не замечала их, будто бы считая, что ни один из них не посмеет метнуть в нее огненный шар. На поле невыносимо пахло сладостью горелой, обуглившейся до черноты плоти.

– Не знаю, жаль ли мне, – задумчиво протянула Минерва, поправляя чуть накренившуюся корону. – Но иначе ты всегда будешь стоять у меня за спиной, раздумывая о своих призрачных претензиях на трон.

Бросив короткий взгляд на Рагну, она кивнула, и тот приблизился к Ариадне, на мгновение прикасаясь к ее губам своими. Лисица несколько секунд старательно прокашливалась, прогоняя остатки его поцелуя.

– Не более призрачных, чем твои, – запротестовала она. – Считаешь, эти скудоумные толстосумы примут полукровку на троне? После того, как ты разожгла в них ненависть к эльфийскому народу?

– У них не будет выбора.

– И что ты будешь делать с несогласными?! – надрывный крик лисицы резал слух, раскрывая старые раны. – Убьешь и их?!

– Раз я смогла расправиться с родом матери, то легко смогу подчинить и род отца, – самодовольно ответила Минерва. – Люди весьма бесхитростны.

– Почему я не заметила, как ты стала такой?

Плечи Ариадны слегка поникли, и взгляд приобрел оттенок бессилия. Мне так хотелось поспорить с ним, что я едва не выл, но чары магистра не получалось пробить ни силой, ни ответной магией; все молнии, возникавшие на моей коже, уходили обратно, причиняя мне предназначенную противнику боль.

– Почему не отличила подростковые капризы от столь существенных перемен? – сокрушалась лисица. – Как я могла быть так слепа?

Минерва подошла к сестре и успокаивающе, словно встревоженная мать, приложила ладонь к ее щеке.

– В этом нет твоей вины, – тихо пропела она. – В детстве я была хорошей лгуньей. А затем мне надоело лгать.

Блеск клинка.

Кровь хлынула, забрызгав Минерве лицо. Ее лик казался возникшей посреди ночного неба луной, темные пятна на которой были каплями вязкой багровой жидкости. Кидо опустошенно уставился перед собой, полностью отпуская советника, но и тот, вопреки ожиданиям, замер, не желая верить собственным глазам. Как и любому светилу, Минерве настала пора зайти за горизонт, а Лэндону – перестать черпать кубком из кровавого моря. Жажда исчезла.