Книга Предание о лисьих следах, страница 135 – Александра Рау

На первом этаже находилось все самое необходимое: кухня, из которой по вечерам доносился хохот Ариадны, притащившей служанку полакомиться пирожными; вход в конюшню и тренировочный зал; опустевшая оружейная. И камин, что я прежде не замечал. Он располагался в левом крыле – я обычно бывал лишь в правом, – в самом его конце, и размеры его поражали воображение. Деревья для меня важны настолько же, насколько голос матери или лик отца, но даже я не мог отрицать, что зрелище завораживало. По ночам я часто бывал в том крыле, что казалось безлюдным, и подолгу наблюдал за горящими поленьями, жадно вдыхая запах, что так сильно напоминал мне о лисице.

Как оказалось позже, место полюбилось не мне одному. Из одной из дверей, что открылась внезапно, нарушив мое безмолвное наслаждение камином, вдруг вышел мужчина, сверкающий белоснежной улыбкой.

– Господин советник, – поприветствовал его я, и лик того мгновенно потускнел. Он испугался, обнаружив меня; взгляд его взволнованно забегал по сторонам, проверяя коридор на наличие лишних ушей.

– Доброй ночи, сэр, – нарочито громко ответил он.

Дверь тут же захлопнулась, и советник поспешил покинуть этаж, чтобы избежать неловкого разговора. Я же совсем не почувствовал неловкости; напротив, меня позабавило, что я сумел смутить столь важного чиновника. Сам он точно жил в том же крыле, где и король; я слышал об этом другой ночью около прачечной, когда одной из служанок объясняли, куда отнести свежее белье. Кто же жил здесь? Может, советник предпочитал взрослых серьезных женщин вроде Аурелии Ботрайд? Или, наоборот, бегал к юной кузине принцесс Эйнсли? А может, уже завел близкое знакомство с кем-то из без конца прибывающих гостей? Несмотря на частые прогулки по крылу, я так и не понял, кто его заселял. Что ж, нужно запомнить: первый этаж, левое крыло, пятая дверь слева.

Гостей действительно было много; я поражался, что замок мог вместить в себя столько постояльцев. Меня утомляли постоянные знакомства и ежеминутно растущее количество стульев в королевской столовой, и потому я иногда пропускал приемы; сомневаюсь, что кто-либо успевал это заметить, ведь если попробовать лично поздороваться со всеми присутствующими за ужином, то наверняка вернешься в покои не раньше полуночи. Лицо Ариадны выражало постоянную усталость, и с каждым днем она наваливалась на нее все сильнее; свадебные хлопоты, и без того не доставляющие ей удовольствия, усугубляли родственники, что считали невероятно важным внести свой вклад в организацию торжества.

До свадьбы оставалось пять недель. За четыре полагалось устроить приветственный бал – опять же, для гостей, что должны к тому моменту прибыть все до единого, – на котором, помимо пира и бала, проводится церемония подношения даров Богине. Все на балу обязаны быть в черном – это символизировало траур по свободной жизни будущих молодоженов.

Так как в моем разросшемся гардеробе не нашлось подходящего одеяния, его пришлось шить.

– О, Богиня! – сетовала Лэсси. Фэй тихонько ей вторила. – Зачем вам костюм, господин, если ваша спина и так черна, как ночь?

Синяки не проходили. Темные сгустки также встречались на коленях и локтях, а на груди появилось несколько новых шрамов – следствие неудавшихся попыток управиться с магией, когда молния вылетала не из того конца меча.