Онлайн книга «Девичья память»
|
Мы с Алиной сочувственно вздыхаем, не отрываясь от кофе. Не то чтобы пить сильно хочется, просто Нельку сейчас лучше не прерывать. Она в запальчивости, как скорый поезд на разгоне. – "Как прилично одеваться женщинам после 30-ти", – цитирует Нелька, закатывая глаза. – Что хоть советуют? – осведомляется Алина, похрустывая салатным листом. Копчиком чую, спрашивает не просто так – она у нас девушка практичная, вдруг да обнаружится крупица смысла в сотне бессмысленных советов? – Ну, коротко смысл данного опуса сводится к тому, что после тридцатника надо потихоньку начинать готовиться к погосту и выбросить все стильные вещи, заменив их «элегантными» и «классическими». У нашей Нельки талант, она может резюмировать в четыре строчки даже «Войну и мир» – Понятно, – киваю я, – Выбрось кеды, свободные джинсы и все юбки-платья выше колен. Из макияжа позволительны только стрелки и красная помада, что до тридцати было ни в коем случае нельзя. – Именно! Вот интересно где, в каком нафталином пропахшем справочнике, автор статьи почерпнул информацию?! – кипятится Нелька, – Ведь есть сотни женщин, которые, блин, действительно последуют этим идиотским советам! Интересно, у них в редакции в курсе, что на дворе двадцать первый век? – Мне кажется, ты заморачиваешься, – скептически поднимает бровь Алина, – какое тебе дело до тех, кто последует глупым советам в журналах? Ты же так не делаешь, значит, порядок. Нелька как-то странно сопит, размешивая ложечкой остывший кофе. – Чего тебя вообще на этот сайт понесло? Ты ж такой фигнёй сроду не интересовалась, – Я всё же задаю мучающий меня весь обед вопрос. – У меня день рождения через три дня, – подозрительно блестя глазами, шепчет Нелька, – Тридцать лет исполнится… – Всё, отбегала старушка, – хлопает её по плечу Алина. Шмыгнув носом, Нелька отмахивается и тяжело вздыхает. Мне её становится жаль, уж больно расстроенной она выглядит. – Ты, кстати, фотографии получила? – я решаю перевести разговор в русло побезопаснее, – Их там с десяток разновидностей. Нелька кивает и, снова горестно вздохнув, отправляет в рот ложечку пломбира. – Кого "их"? – интересуется Алинка. – Тонометров этих, – поясняю я. Алина округлившимися глазами взирает поочередно, то на меня, то на Нельку. – Зачем он вам? Молча пожимаю плечами. Нелька усиленно делает вид, будто занята остатками пломбира на дне креманки. Наконец, когда под нашими с Алинкой взглядами её макушка почти начинает дымиться, подруга поднимает голову и, глядя на нас кристально-честными голубыми глазами, выдаёт. – Ну а что? Я прочитала на одном сайте, там профессор медицины, между прочим, не какой-нибудь литературный негр пишет! Так вот, он утверждает, что стареть человеческий организм начинает уже после двадцати пяти лет, а после тридцати изменения начинают проявляться явственно. Первые ласточки – это метеочувствительность и скачки давления. Он там и советы разные даёт… – голос Нельки звучит с каждым словом всё тише. Нехорошо смеяться над чужими тараканами, но удержаться нам с Алинкой не удаётся. Ржём так, что из-за соседних столиков начинают оглядываться. – Ну вот, – ввздыхает Нелька, – подруги называется! Я, между прочим, вам тут душу наизнанку выворачиваю, а вы ржёте, как кони. – Не обижайся, – вытирает слёзы Алина, – конечно, это всё очень серьезно, раз профессор написал! Слушай, а давай мы тебе на день рождения полное обследование подарим? Хочешь? |