Онлайн книга «Пыльные перья»
|
Мятежный, извечное олицетворение «краткость – сестра таланта», был замечательно краток и в этот раз: – Дерьмо. Лишенное окраски, какое-то серое, сплошная констатация факта. Они стояли у самой опушки леса, если Саша напрягала глаза, пока они продирались сквозь эти ранние сумерки, она могла разглядеть дома между деревьев. В лесу до сих пор лежал тонкий слой снега и невыносимо пахло Сказкой. Сладостью, приключением, хвоей. И чем-то далеким. Неуловимо знакомым. Теплом, горячей кожей. Немного пылью. Ветер подул прямо им в лица, и сейчас в воздухе пахло кровью. Саша почувствовала знакомую волну дурноты, дернулась, чтобы выглянуть у Мятежного из-за спины, но он молча удержал ее на месте, задвинул обратно за спину одной рукой, будто она была игрушечная. Он звучал все так же ровно, ни одной эмоции: – Не смотри. Иди в машину и не оборачивайся. И как только поймаешь хоть где-то сеть – так близко к границе Сказки ее точно не будет, – дай Валли знать, что, походу, мы тут в полной заднице. Саша, комок концентрированной ярости, пьяный от запаха крови, дурной от наставительного тона Мятежного, отпихнула его руку раздраженно, выныривая из-за спины немедленно, благополучно игнорируя попытку ее удержать. Это крошечная, секундная остановка сердца, прежде чем оно начнет стучать как бешеное. Прежде чем глаза станут ватными и горячими. Прежде чем все сольется в единую бесформенную массу образов и мыслей, цветов и запахов. Невыносимо несло кровью. – Дерьмо. И почему я его никогда не слушаю? Дом был обычный. Кирпичный и даже с пластиковыми окнами. Погода была прекрасная, как для ноября. Саша фиксировала внимание на чем угодно, кроме… Ворота были широко распахнуты, и Саша не остановилась разобраться, были ли там кости. Был ли там замок в форме рта. Костей было достаточно и без этого. Весь небольшой внутренний двор, вся земля – все было залито красной густой кровью. Снег давно растаял от ее жара, и кровь впитывалась в землю. Саше казалось, что земля в этом месте дымилась, или это ее сознание плыло, отказываясь позволить взгляду скользить дальше. Саша оказалась упрямее. Во дворе лежали три лошади – то, что от них осталось. Три лошади: черная, белая и огненно-рыжая. Саша не всматривалась, знала только, что кровь их, плоть их, кости их. Земля от крови стала влажной, похожей на пульсирующую пиявку, и смотреть на нее было отвратительно. Саша видела кости и кожу, видела свежие раны, видела абсолютно все. А когда опустила глаза, то кровь у нее была даже на кроссовках. Воздух приходилось проталкивать в легкие силой, и ее тошнило от собственного ступора. Иди. Двигайся. Делай. Не могу, не могу, не могу. Страшно. Но вот лошади, красивые лошади, умные лошади – Саша была уверена, что это были очень умные лошади, лошади ведь умные, правда? Мертвые лошади, истекшие кровью лошади, все в следах от укусов, все отмеченные каким-то невероятным насилием лошади, носящие отпечаток жестокости лошади. И кто мог с ними такое сделать? Тихие лошади, живые существа не могут быть такими тихими. Рыжий конь всхрапнул, и Саша дернулась к нему, не помня себя, движение одно-единственное, резкое, и плевать на белые кроссовки, на красивое пальто, плевать на все. Она не знала, что может быть такой быстрой. Она ничего не знала, она никогда не видела так много крови. Мятежный попытался удержать ее, но Саша оказалась быстрее даже, чем он, Саша оказалась проворнее, в один момент сокращая расстояние между ней и конем. |