Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 149 – Эдди Кан

– Джин… – Она запнулась, подбирая слова. – Он может вернуться?

– Смерть есть смерть, госпожа Вон. Жизнь есть жизнь. Смерть и жизнь всегда рядом, однако они несовместимы. Это баланс, равновесие. Сонг Джин отправился туда, где вам нет места, как и ему нет места в вашем мире.

– Это несправедливо… – Ее голос сорвался. Мирэ постаралась взять себя в руки, чтобы не выглядеть в глазах коллекционера плаксивым ребенком, но ее долгие вопросы без ответов вылились в раздражение и обвинения. – Разве наших принесенных жертв было мало, чтобы прекратить эту цепочку смертей и расплат! – рявкнула она, наплевав на то, что такое поведение может быть для нее опасно. – Мы выплатили свои долги, почему нам нельзя просто жить?!

– Госпожа Вон, а чем, по-вашему, вы сейчас заняты? – вдруг спросил Ханьюл. – Вы живете. Но, ослепнув от ярости, вы даже не замечаете, что вам был дан второй шанс.

– Что? – ошарашенно прошептала она.

– Мирэ, – спокойно проговорил Ханьюл, подавшись вперед. – У всего своя цена, – коллекционер посмотрел в глаза Мирэ, отчего ей показалось, будто ее пригвоздили к месту. – Иногда совершаются ошибки, за которые приходится дорого платить. У всех нас есть долг, отклонение от него – одна из таких ошибок. Это все та же основа мироздания. Баланс. – Ханьюл говорил не спеша, позволяя обдумать каждое слово. – Вторгнувшись в течение времени, вы допустили непростительную ошибку и решили пойти еще дальше – против всех возможных правил. Вы казнили себя самостоятельно, отказавшись от участи Чхонса. Признаться, это было впечатляюще. Ваша плата была принята уже тогда, госпожа Вон.

Мирэ во все глаза смотрела на старого коллекционера, окаменев, словно беседовала с Медузой Горгоной.

– Но, сделав такой шаг, вы лишили Джина возможности искупить его ошибку.

Откровение Ханьюла показалось Мирэ приговором. Значит, она действительно подставила тогда Сонга. А что, если бы его не перенесло в будущее? Он бы никогда не смог искупить свою вину… Словно прочитав ее мысли, коллекционер удовлетворенно кивнул.

– «Парень из прошлого» оказался в вашем веке не без посторонней помощи. Это был маленький подарок – возможность для него искупить свою ошибку. Он должен был вас спасти, несмотря ни на что. Но он уже не был хранителем. Сонг заключил с вами сделку, будучи демоном, он обрек вас на смерть, что шло вразрез с его основной задачей. Поэтому расторжение контракта и решение пожертвовать собой были исключительно его выбором. Он спас вас и заплатил за это. Джин взвесил, чья жизнь ему дороже, и выбрал вас. Поэтому теперь можно с уверенностью сказать, что все долги выплачены.

– Если так, – осторожно начала Мирэ, – неужели ничего нельзя сделать?

– Смерть есть смерть, госпожа Вон.

Умолять бесполезно. Обреченно откинувшись на спинку дивана, Мирэ опустила глаза на чемоданчик с книгой, готовая разрыдаться.

– Я не выставлю вашу книгу на торги, – решительно сказала она и подняла на коллекционера сощуренный взгляд. – Вы ведь знали, что я буду искать решение вопроса в фолианте, да? Поэтому текст исчез? – Теперь, когда Ханьюл был откровенен, Мирэ в этом не сомневалась.

– Не задавайте вопросов, на которые не хотите знать ответов, госпожа Вон, – Ханьюл по-старчески засмеялся и одной рукой вытащил из чемоданчика тяжелый фолиант. – Эта книга не годится для того, чтобы вас повысили в должности. – Фолиант вдруг задымился в руках старого господина. Огромная книга за мгновение сгорела, не осталось даже пепла в воздухе. Мирэ беспомощно наблюдала за происходящим, видя, как одна за другой рушатся вещи и судьбы, которые вклинились в ее жизнь за последнее время.