Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 146 – Эдди Кан

– Я расторгаю нашу сделку, – вполголоса проговорил он.

Тут же мокрый сверток в руках Джина вспыхнул так, словно был сухой соломой. Некогда белый лист с каплей крови истлел прямо на глазах и разнесся с ветром над рекой Хан.

Глядя на кружение пепла, Мирэ хотелось выть. Почему Джин это сделал? Зачем пожертвовал собой?

– Дальше ты пойдешь без меня, – его голос излучал тепло и печальную легкость.

Отвернувшись от воды, Мирэ посмотрела Джину в глаза, но ничего не увидела из-за пелены слез. Сонг слабо улыбнулся ей, склонив голову набок. Мирэ хотела что-то сказать ему, умолять, торговаться, но слова встали поперек горла.

– Ничего не бойся, – прошептал он.

Джин подался вперед и легко коснулся губ Ми-рэ своими. Беспомощно закрыв глаза, она еще крепче сжала его плечи, думая, что это удержит Сонга на месте. Хоть на чуть-чуть. Но вдруг темноту на береговой полосе реки Хан озарил крошечный проблеск. Мирэ открыла глаза, искренне надеясь на чудо, однако вместо этого увидела кружение тлеющих хлопьев в воздухе, которые отделялись от костюма Джина. Он рассыпался в пепел, как Чосын Саджа. Мирэ охватила паника.

– Нет, нет, нет… – Она потянулась вперед, еще надеясь схватить Джина за руку, но поймала только пустоту, которая рассыпалась черными лепестками.

– Счастливого пути, Мирэ.

Джин исчез. Сильный поток ветра поймал облако его пепла и разнес в разные стороны. Мирэ осталась одна прислушиваться к удушающему безмолвию.

– Джин… – Мирэ бессильно привалилась к камням на берегу и осмотрелась. – Сонг Джин! – громче позвала она, щупая глазами безлюдный берег. – Нет… Ну пожалуйста! Джин! Это ведь неправда! Не поступай так со мной…

В груди заклокотала обида. Мирэ схватилась за голову и прижалась спиной к камню, стараясь справиться с накатывающим безумием. Раскачиваясь на месте, она еще какое-то время кричала в пустоту, но, когда голос сел, только шептала.

Почему это произошло снова? Люди, которых Мирэ любила, уходили из ее жизни один за другим. Родители, бабушка, Сон-Хо. Джин. Неужели вторжение в основу мироздания и игры со временем настолько ужасны, что требуют такого наказания? Разве участи переродиться спустя двести лет обычной смертной недостаточно? Они с Джином выполнили свои миссии, почему же вселенная была против них? Мирэ посмотрела на металлический чемоданчик, который все еще царапал днищем камушки на берегу.

– Должен же быть выход… – задумчиво прошептала Мирэ себе под нос, на четвереньках подползая к чемоданчику. Открыв его, она вытащила книгу Ким Ханьюла. Вот он – виновник многих несчастий.

Фолиант старого коллекционера был большим и тяжелым. Неровные страницы делали книгу визуально толще, казалось, даже кожаный ремешок с ажурной застежкой не выдержит запретных знаний, которые распирали фолиант изнутри. Мирэ опустила ладонь на обложку и провела по ней пальцами, щупая неровную кожу. С каждым мгновением казалось, что книга становилась лишь тяжелее. Мирэ решительно сжала губы. Если в фолианте есть ответы, его вес не имеет значения. Вон расстегнула застежку и открыла книгу.

Секунду Мирэ пребывала в молчаливом шоке. Перевернув одну страницу, она потянулась к следующей, затем к еще одной и еще.

– Что?! – беззвучно прохрипела она, беспорядочно перекидывая страницы одну за другой.