Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 145 – Эдди Кан

– Я не смогу вернуться домой, Мирэ, – Джин улыбнулся, прижав ладонь к ее голове. Мирэ снова во все глаза посмотрела на его идеальное лицо и чистый костюм. Ни крови, ни ссадин, ни грязи. Откуда у него появилась сила на прыжок сквозь тени? Как Джин смог использовать силу и вылечить Мирэ и себя? Не имеет ли все это отношения к его очень важному решению? Что он наделал…

Ужас понимания сковал Мирэ как колодки, слезы побежали сильнее. Она еще агрессивнее затрясла головой, до треска сжав ткань пиджака на плечах Джина.

– Что ты хочешь сказать… – процедила она, начиная догадываться о его замысле. – Не смей! Я тебе запрещаю! – закричала Мирэ. Джин аккуратно снял ее руку со своего плеча и прикоснулся большим пальцем к метке на внутренней стороне ее ладони.

– Все те твари, с которыми мы столкнулась, пришли в твою жизнь из-за меня, – проговорил он, глядя на крестообразный след. – Испытание на пути к выполнению долга, – задумчиво добавил он. – Но больше они не появятся. С ними покончено, эта часть пути завершена.

– Джин… – Мирэ беспомощно уставилась на то, как он вытаскивает из внутреннего кармана пиджака намокший сверток. Когда он развернул его, она узнала договор, который они подписали по пути из дома Ханьюла. Вот что задумал Джин…

Не зная, как образумить его, Мирэ снова встряхнула его за плечи:

– Ты обещал, что найдешь меня! – процедила она, злясь на судьбу за то, что чертова бумага не размокла в воде.

– Мы с самого начала пошли против правил. Я не должен был оказаться в будущем, все это случилось потому, что…

– …я пошла против времени и положила конец своему бессмертию раньше срока, – закончила за него Мирэ. В том, что произошло с Джином, снова была виновата она, но он упрямо отказывался это принять. – Но ты пришел за мной и сдержал слово. Ты спас меня от всех тех тварей, я теперь смертная, мы выплатили свои долги. Чего еще ты хочешь? Хватит уже жертвовать всем ради меня…

– Будучи хранителем, я допустил твою смерть, – как приговор самому себе, произнес Джин. – Став демоном, я должен сеять погибель, но я пойду против правил.

– Джин, если ты расторгнешь нашу сделку, то умрешь! – Мирэ затрясла его за лацканы пиджака. – Нашими жизнями жестоко играют! Не иди на их поводу, пожалуйста! Живи!

– Никакая высшая сила не посмеет подчинить меня своей воле. Я был рожден, чтобы защищать тебя, – мягко проговорил он. – Так было всегда и так будет впредь. Отняв у меня крылья, высшие силы не лишили меня воли. – Джин скомкал проклятый договор. – Этой сделкой я мог обречь тебя на смерть и изменить самому себе… Все это было очередным испытанием.

– Прекрати… Ты не должен так говорить! – Мирэ хотела схватиться за голову, но она боялась, что, отпустив Джина, потеряет его насовсем.

– Твоя душа не предмет торговли… – начал он, но Мирэ тут же ударила его в плечо. – Я должен тебя спасти.

– Не вздумай! Джин, нет! – От накатывающей злости и обиды слова вырывались рыком зверя, которого загнали в угол, но тот тщетно пытался кого-то напугать.

– Прости меня, Вон Мирэ.

– Пожалуйста, Джин, не уходи… – взмолилась Мирэ, чувствуя, что легким не хватает воздуха. – Пусть через десять лет сгорит моя душа, я это заслужила! Ты и так пожертвовал всем…

Джин тепло улыбнулся Мирэ и прижал ладонь к ее щеке, смахивая большим пальцем слезу.