Книга По тропам волшебных лесов, страница 196 – Яна Вуд

Склонившись над лодочником, она ядовито прошипела:

– Чтобы пробудить поветрий, мне нужен ты.

Глаза несчастного расширились от ужаса. Судорожно сжав пересохшие губы, он хрипло прошептал:

– Ты убьешь меня…

Химера зловеще расхохоталась.

– Нет, что ты! Я думаю предложить тебе сделку. Видишь ту скалу? – Она указала когтистым пальцем на самую высокую из всех. – Доберешься до нее первым, сможешь спокойно уйти. Но если проиграешь… Вот тогда я убью тебя!

Собравшись с духом, лодочник вдруг твердо изрек:

– Я не побегу. Мне ни за что тебя не перегнать. А подыгрывать тебе я не намерен.

Неожиданно химера ухватила его за волосы. Янтарные глаза впились в расширенные зрачки человека, словно шипы. Приблизив рот к его уху, тварь прошептала:

– Побежишь, человечек. Еще как побежишь. А иначе на обратном пути я загляну к тебе домой. Навещу белокурую дочурку, а потом и сынка. Сперва я разобью им лица в кровь, переломаю кости. Потом заживо сдеру кожу, чтобы помучились хорошенько. И уж тогда, если они прежде не подохнут, вспорю животы и выпотрошу, как свиней.

Рукс невольно нахмурилась. На лодочника стало больно смотреть. Тряхнув головой, словно отгоняя назойливую мысль, лиса поджала губы и отвернулась. А химера тем временем продолжала:

– После я займусь твоей женушкой. Ох, как она будет кричать! Я так люблю, когда они кричат. Их вопли подобны музыке. – Мерек смежила веки. – Я могла бы слушать ее вечно!

Толкнув лодочника так, что тот едва удержался на ногах, она свирепо прокричала:

– Пошел! Беги, мерзкое человеческое отродье. Беги что есть мочи! Посмотрим, кто кого!

И он побежал.

Мир замелькал перед его глазами. Лодочника била частая дрожь. Черные камни гремели под сапогами, словно выводили погребальную песнь. Он оглянулся раз или два. Химера стояла на том же самом месте, а потом ее темную фигуру скрыл из виду туман. Он стер и скалы впереди, окружив лодочника, как разлитое молоко жалкую мошку.

В тумане крылось что-то еще. Незримое, неуловимое, ненасытное. Оно почуяло лодочника и впилось в него цепким взглядом, что холодил шею так, словно к ней приставили меч. Ноги лодочника сковал ужас.

Он закрутился на месте. Сердце его колотилось как бешеное. Тело прошиб пот. Человек хотел закричать, но не смог выдавить ни звука: горло словно стиснули неведомой рукой. Неимоверным усилием совладав с собой, он вновь побежал.

Лодочник уже не понимал, в верном ли направлении бежит, и потому попросту несся вперед что есть духу. Ударился о каменистый выступ, разбил колено в кровь, но даже не почувствовал боли и не сбавил скорости.

Надежды не было. Ее быть не могло. И все же какой-то жалкий огонек ее все еще дотлевал, притаившись где-то в недрах его существа. Внезапно из тумана вырвалась скала. Та самая. Слепая, черная, мощная. Последний рывок. Скала так близко. Еще чуть-чуть – и пальцы коснутся холодного камня.

Он моргнул и едва не закричал. Той доли секунды, когда беглец прикрыл глаза, хватило, чтобы химера выросла перед ним. На губах ее играла все та же ледяная, беспощадная усмешка.

– Ты был прав, – бросила Мерек. – У тебя не было шансов.

Она выпустила когти. Ударила наотмашь. Левая щека несчастного лодочника превратилась в кровавое месиво. Второй удар разорвал горло. Кровь хлынула, заливая холщовую рубаху. Последний удар распорол живот, так что стало видно внутренности. Лодочник рухнул замертво.