Книга По тропам волшебных лесов, страница 194 – Яна Вуд

Вторая фигура стояла чуть поодаль. На плечах ее покоился пепельно-серый плащ, поверх которого ниспадал водопад длинных медно-рыжих волос. Карие глаза, будто пропитанные янтарем, были, тем не менее, холодны как стужа.

Третьим был лодочник. Невысокий, жилистый, с волосами цвета полуденного солнца, он молча налегал на весла и щурил на ветру светлые, окруженные морщинками глаза.

Внезапно туман, будто утомленный бессмысленным противостоянием остроносой лодке, податливо разошелся в стороны, освобождая путь. Словно из ниоткуда возникли прибрежные скалы, острые, как зубы драконов, и черные, как тьма в безлунную ночь. Подножием своим они вгрызались в свинцово-черный песок.

– Нам обязательно плыть туда? – спросила Рукс, исподлобья оглядывая мрачный, неведомый берег.

– Ты что, боишься? – Губы химеры искривила ледяная усмешка.

– Проявляю осторожность, – ответила та. – Даже горгульи взбунтовались и дальше не полетели, а это что-нибудь да значит. Я еще не видела, чтоб эти твари чего-нибудь боялись.

– Потому и испугались, – отозвалась Мерек, – что они лишь безмозглые твари. А нам, убийцам, столь искусным в своем деле, страшиться не пристало.

Лиса-оборотень ничем не выразила своего несогласия, только упрямо поджала губы. А лодочник, до чьего слуха долетели лишь невнятные отголоски их короткого разговора, продолжал молча грести дальше.

Сизое море словно бы утекало назад, угольный берег неминуемо приближался. Проскрежетав днищем о подводные камни, лодка обессиленно ткнулась носом в черный берег. Белые волны медленно растекались по нему, словно мертвенная бледность по телу покойника.

Химера опустила ногу на мокрый песок, и под ее весом он сделался еще черней. Она сделала шаг, другой. Следом из лодки выскочила Рукс. Ее янтарные глаза цепко впились в пустынный остров.

Песок под ногами постепенно переходил в черные мелкие камни, те в свою очередь обращались в острые камни покрупней, а уж они перерастали в скалы и горы, упиравшиеся мрачными пиками в мутные небеса.

Кругом лежала одна сплошная чернота. Не было видно деревьев, трав и даже мха. Казалось, что все вокруг пожрал нещадный огонь. Но недоставало обугленных сучьев, бревен и пней. Повсюду чернел только камень. Суровый голый камень. И песок.

Стояло безмолвие. Не кричали птицы, не жужжали насекомые. Только волны с невнятным шелестом накатывали на берег. И все же безжизненность этой земли была ложной. Химера чуяла это.

Жизнь ощущалась во вкрадчивом шепоте песка. В бесконечном гипнотическом движении тумана. В зловещем одиноком позвякивании камня о камень. В глухих завываниях леденящего ветра. Странная жизнь. Жизнь неживая. Жизнь вне смерти. Жизнь, несущая смерть.

Химера ощущала ее присутствие. И сердце ее наполнило безудержное ликование. Рукс почуяла зловещее присутствие тоже, и рыжие волоски на ее бледной коже мгновенно встали дыбом. Даже невозмутимый лодочник почувствовал что-то. Он уже успел выпрыгнуть из лодки и оттащить ее подальше от воды, чтобы волны не унесли ее в море. Теперь он стоял подле своего суденышка, с нарастающей тревогой оглядывая неведомую землю, от вида которой его прошибал холодный пот.

– Что это за место такое? – сипло прошептал он.

Рукс думала, что химера пропустит его слова мимо ушей, но та неожиданно ответила: