Онлайн книга «Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров»
|
Она прибыла в портовый город и месяц изучала новый мир, чтобы выбрать следующую цель своей «партии». Третьей фигурой стал священник: старый, дряхлый, но при этом мудрый. Он уже и так лежал на смертном одре, и святой отец пригласил «торговку», чтобы купить подходящие золотые украшения для погребения. Хитростью русалка проникла в покои умирающего, чтобы выпить его крови. Старик корчился и извивался в агонии; лишившись голоса, он мог лишь хватать воздух и возносить беззвучные молитвы своему богу. Но эта слепая вера не спасла его от происков дьявола. Так русалка обрела мудрость и ум, способный строить великие планы. Вытерев с губ алую кровь, она усмехнулась. Тени будут довольны. Когда настанет день великого пира. * * * Оторвав взгляд от шахматной доски, она уставилась на море, бушевавшее за окном. Да. В тот день, когда она пришла в этот мир, тоже был шторм. Что ее пробудило, заставило всплыть со дна океана? В глубинах было темно и холодно, и ее кожа покрывалась мурашками всякий раз, когда она вспоминала то время. Это леденящее чувство вызывали тени. Множество голодных и страдающих теней, которые и плакали, и кричали, и молили, и вопили, и продолжали вторгаться в ее голову, нашептывая низменные желания. дай. Дай. ДАй. ДАЙ… Их голоса, что твердили одно и то же изо дня в день, звучали всё громче и громче в ее голове, отдавались в груди пением самой тьмы. нам. Нам. НАм. НАМ… Тени становились всё безумнее и безумнее. Они хватали ее за волосы, за руки, за хвост, словно хотели разорвать на части. Больше. БоЛьшЕ. БОлЬШе. БОЛЬШЕ… Холод и крики. Тьма и рыдания. Сколько они длились? Достаточно долго, как ей казалось. Ни закрыть глаза, ни лишиться слуха, ни сбежать, ни зарыдать самой. Лишь лежать на самом дне и слушать эти ужасные стенания, словно то было наказанием за все грехи этого мира. КрОвИ. КрОВИ. КРОви. КРОВИ! Русалка открыла глаза. Перед ней вновь была шахматная доска и четыре перевернутых фигуры. Да. Так и было. Пока однажды сверху, вместе с досками и веревками, в глубины океана не начали опускаться трупы. И тогда русалка почувствовала странный вкус. Что это было? Она не ведала. Сверху на нее надвигались черные тени, похожие на те, что окружали ее всё это время, но до них она смогла дотронуться. Стоило красной жидкости коснуться кончика ее языка, как вдруг голоса теней в ее голове затихли. Они тучей набросились на мертвецов, пожирая их и ликуя. Вкусно! Как же вкусно! Мы так голодны! Больше! БОЛЬШЕ! Рыдания и стенания превратились в радостные возгласы и счастливые всхлипы. Русалка ошарашенно замерла, в голове наконец-то прояснилось. Так вот в чем было дело. Несколько дней, пока тени пожирали трупы, всё было спокойно. Пока еда не кончилась и тени вновь не начали рыдать. Но теперь она знала, что делать… Надо накормить их тем, что живет наверху. * * * – Святая! Святая! Дети ликовали и радовались, когда на ступенях храма показалась прекрасная дева в белом платье. Она тепло улыбнулась им и помахала рукой. Заметив, что она вышла из божьей обители, прохожие словно посходили с ума: они кинулись к ступеням, протягивая к ней свои руки. – Святая, благословите нас! – Святая, да хранит вас Бог! – Бог слышит ваши молитвы, и каждому воздастся по заслугам, – молвила она, и толпа, словно загипнотизированная, кинулась перед ней на колени. |