Книга Канун всех нечистых. Ужасы одной осенней ночи, страница 38 – Максим Кабир

Прохлада прогнала сонливость. Проникаясь к себе уважением, мысленно набрасывая текст, Замалин добрался до супермаркета, расположенного в бывшем здании советского кинотеатра и, естественно, тоже закрытого. Выпитый кофе попросился на выход. Замалин юркнул за трансформаторную будку. Поливал ее и подпевал Земфире. Он не услышал, как эта девушка – голая девушка – подошла сзади. И закончив дела, повернувшись, охнул от неожиданности. В трусы просочилось несколько капель мочи.

Обнаженная гражданка стояла перед шокированным Замалиным. Не старше двадцати на вид, но жизнь или ранние подъемы здорово ее потрепали. Огрубевшая кожа была испещрена шрамами и покрыта чем-то вроде сажи. Волосы превратились в слипшееся гнездо, в засаленные дреды. И те, что были на голове, и те, что кудрявились внизу ее поджарого живота. На грубом чумазом лице выделялись очень светлые глаза. Они внимательно, настороженно изучали Замалина.

Худощавая выше пояса, нудистка имела грузные и очень широкие бедра, как у скифской бабы. В руках она держала полутораметровую палку с заточенным концом. Картина была настолько сюрреалистическая, что Замалин онемел. В наушниках Земфира пела про таблетки. Замалин вспомнил: сегодня Хеллоуин.

Самые дикие и странные вещи происходят внезапно, спонтанно, и подготовиться к ним нельзя. Допустим, вы журналист и решили написать статью о пластилиновом мультике, снятом на киностудии «Пермьтелефильм», и все там умерли во время съемок. Вы едете на Урал, а вас съедают свинорылые женщины. Или следователь блюет возле вашего трупа, клянется, что за годы практики не встречал подобного дерьма, а вы просто хотели вызвать Жвачного Монстра.

Замалин встал в пять утра. Замалин встретил голую девушку с копьем. Так бывает.

Ветер сменил направление и принес запах морозостойкой нудистки. Отвратительную вонь немытого тела. К Замалину вернулась способность мыслить.

«Наркоманка, – подумал он брезгливо. – Совсем ей башню снесло».

Замалин достал телефон и выключил музыку.

– Вам нужна помощь? – спросил он.

Девушка разлепила губы. Голосовые связки произвели серию щелкающих звуков. Ноздри приплюснутого носа затрепетали, а изо рта вырвался угрожающий гул. Одновременно боковым зрением Замалин уловил какое-то движение и резко обернулся.

У девушки был приятель, брат по разуму или по отсутствию разума. Юноша в костюме Адама шагал к Замалину, топча босыми пятками газон. В левой руке он держал заточенный камень. Правая заканчивалась культей чуть ниже локтя. Девушка вскинула импровизированное копье. Юноша оскалил пеньки зубов, не знавшие щетки. Эти люди – эти существа – родились в сумерках за полтора часа до рассвета и правили пустынными улицами. Замалин побежал.

Абсурдность, нереальность происходящего контузила. У мусорной площадки Замалин позволил себе оглянуться и сразу пожалел об этом. Сердце сжалось. Современные дикари, парочка пещерных охотников, неслись по аллее, потрясая примитивным оружием. «За мной погнались наркоманы!» – Замалин представил, как расскажет о своих невероятных приключениях Марине.

– Я полицию вызову! – прокричал он. Но не смог даже телефон разблокировать дрожащими пальцами. Припустил в тени тренажерного зала. С билборда ему улыбалась блондинка в спортивном бюстгальтере.

Замалин никогда не дрался. Его привел в ужас показанный Мариной фильм «Соломенные псы», напугала перспектива очутиться на месте Дастина Хоффмана. Насилие было унизительно.