Книга Леденцы со вкусом крови, страница 138 – Дэниел Краус

Зрение отказало. Осталось только марево тусклого света, но он руководствовался остальными чувствами: запахом пота, беспокойным шелестом сухой травы, грубой текстурой ленты, обмотанной вокруг биты. Чем сильнее сужался фокус, тем уверенней в своей силе и хитрости он становился. Его мозг не заточен запоминать числа, как у Джеймса, или создавать ассоциации, как у Вилли. Его мозг скорее найдет лазейку – вот хоть как стянуть ответы из стола училки. Или как наладить связи с более серьезными, могущественными людьми, пока ты сам еще таким не стал. Это как раз и происходило на том поле, куда не смел ступать ни один его ровесник.

Его поглотило чувство собственного превосходства. Долгое время он чувствовал, что его природные способности хуже, чем у Джеймса и Вилли. С Джеймсом он познакомился в третьем классе, и первое, что оценил в нем, – умение держать удар.

Точно! Теперь он вспомнил. На перемене, за рукоходом, группа детей постарше взяла Джеймса в шейный захват, и он аж посинел. А когда наконец освободился, последовал шквал ударов, и Джеймс, весь в крови, отошел. Реджи ждал, что он пойдет к медсестре, приложит к больным местам лед, но вместо этого Джеймс только отвернулся и смачно отхаркался кровью. Реджи издалека любовался, как эти красные сгустки смешиваются с асфальтобетоном. В тот день Реджи пошел с Джеймсом на контакт, и к вечеру они подружились.

С Вилли Реджи был знаком еще дольше: с подготовительной группы детского сада. Тогда они были одной комплекции, как и много лет подряд. Он помнил, как стоял на коленях в песочнице на детской площадке и как Вилли учил его строить фантастические подземные лабиринты. Вилли понравился ему этим и продолжал нравиться тем, что изобрел в первом классе (смоляные ямы из расплавленного шоколада для пластмассовых динозавриков), во втором классе (фотографии НЛО, подделанные с помощью картонных фигурок и чистых окон) и так далее.

Но с годами Реджи все чаще оставался на перемене в классе, чтобы сделать работу над ошибками, а на Джеймса и Вилли смотрел в окно, кипя от злобы. «Что я делаю не так?» – думал он. А теперь знал, что все делал так. Потому что вот он, умнее, сильнее и свирепее своих бывших товарищей по игровой площадке, и вся зависть перешла в некое подобие жалости.

Физическое развитие Вилли остановилось, а вот Реджи вырос и окреп. Зубы Вилли разошлись в разные стороны, а молочные зубы Реджи с боем вырвались на волю, и их место заняли более крупные и крепкие. Реджи стало казаться, что Вилли потерял руку, потому что та утратила всякую полезность: она не могла помочь Вилли, а потому отвалилась и сдохла. Даже разум Вилли отказал: зациклился на бессмысленных играх слов. Реджи подумал, что Вилли пожалеет, когда наконец-то поймет, сколько всего в жизни он упустил.

Трансформации Джеймса были не столь радикальны, но наметанный глаз Реджи замечал все: тревожность, застенчивость, помешанность на будущем, которое уже спланировали родители. И хотя физически Джеймс не уступал Реджи, он не мог и шагу ступить, не споткнувшись об одну мысль и не налетев на другую. Реджи снова ощутил, что находится на пике чувств, и его охватил восторг.

Было столько всего, о чем он больше не мог рассказать Вилли с Джеймсом: ругательства старшеклассников, смех и мимолетные прикосновения девочек постарше, приятное давление толстой котлеты денег в заднем кармане вместо жидкого позвякивания мелочи.