Книга Шрам: ЧЗО, страница 126 – Сим Симович

Доиграли партию. Шакал выиграл финальный раунд, забрал последний артефакт Пьера. Пожал плечами с усмешкой.

— Ладно уж. Верну как-нибудь потом. Если оба доживём до следующей встречи.

Поднялись. Допили последнюю флягу досуха. Шакал швырнул пустую в реку — плюхнулась, поплыла.

— Приходи ещё, снайпер. Поговорить с тобой приятно, честное слово. Редко тут встретишь человека с мозгами в голове.

— Приду обязательно. Спасибо за компанию и за самогон.

— Да не за что. Удачи тебе. И деньги береги, на хорошее дело идут.

Легионер кивнул, развернулся, зашагал в сторону базы. Шакал смотрел ему вслед, курил неторопливо.Не махал, не кричал.

Дюбуа шёл по ночному лесу, переваривал разговор. Странный мужик этот Шакал. Бандит, убийца, контрабандист. Но умный, начитанный. Слушает неоклассику, читает Стругацких, философствует о свободе и смысле.

Зона такая штука. Одних ломает напрочь, превращает в животных. Других закаляет, делает мыслителями. Третьих просто убивает, без вопросов и церемоний.

А его самого? Что Зона делает с ним?

Пока не знает. Слишком рано говорить.

Но идёт дальше. Потому что надо.

Потому что Оля где-то там борется за жизнь.

И больше ничего не имеет значения.

Рация зашипела на третий день после заказа. Пьер сидел в шахте, кормил собак тушёнкой. Щенки уже открыли глаза — все пять видели. Ползали, пищали, тыкались мордами в миски. Мать лежала рядом, облизывала их, довольная.

Рация зашипела снова, громче. Он достал её из кармана разгрузки, нажал кнопку.

— Шрам, на связи.

— Шрам, Лебедев. Слышишь меня?

Голос знакомый. Профессор. Тот самый, что спас его после псевдомедведя. Ввёл сыворотку, вернул к жизни. Должен ему. Сильно должен.

— Слышу. Что случилось?

— Нужна твоя помощь. Срочно. Можешь говорить?

— Могу.

— Слушай. Ты помнишь псевдогиганта? Того, что убили в мёртвом городе?

— Помню. Я его убил.

— Именно. Мне нужны образцы. Ткани, кровь, может, костный мозг. Всё, что сможешь достать. Этот гигант был нестандартный. Разумный, гармонично развитый. Я такого не видел никогда. Мне нужно изучить, понять, как он мутировал. Это может дать прорыв в исследованиях.

Легионер молчал, думал. Мёртвый город. Труп гиганта лежит на проспекте. Две недели прошло, может, больше. Разложился уже, наверное. Или твари сожрали. Но Лебедеву нужны образцы. А Лебедеву он должен. Жизнью должен.

— Когда нужно?

— Как можно скорее. Чем свежее ткани, тем лучше. Хотя через две недели… Надеюсь, что-то осталось.

— Сколько платишь?

— Десять тысяч евро. Плюс ты закрываешь долг передо мной. Мы в расчёте будем.

Десять тысяч. Плюс долг закрыт. Неплохо. Пьер кивнул сам себе.

— Беру. Когда выдвигаться?

— Хоть сейчас. Чем быстрее, тем лучше.

— Понял. Выдвигаюсь завтра утром. Через два дня привезу образцы.

— Отлично. Связь держи. Если что — звони. Удачи, Шрам. И спасибо.

— Не за что. Я должен тебе больше.

Рация зашипела и замолчала. Легионер спрятал её, посмотрел на собак. Мать подняла морду, скулила тихо. Понимала — он уходит.

— Посижу тут пару дней, — сказал он вслух. — Вернусь. Обещаю.

Собака легла обратно, обняла щенков лапами.

* * *

Утром Пьер собрался основательно. Винтовка СВ-98, глушитель, четыре магазина, сто шестьдесят патронов. «Сайга» дополнительно — дробовик на восемь патронов, картечь «Полева». Для близкого боя, если что. Кольт на поясе, гранаты на разгрузке. UMP45 оставил на базе — слишком тяжело тащить три ствола.