Книга Шрам: ЧЗО, страница 129 – Сим Симович

Прошли полпути, когда впереди раздались голоса. Мужские, громкие. Пьер поднял руку — стоп. Все залегли.

Он пополз вперёд, выглянул из-за угла. Метрах в пятидесяти группа людей. Человек семь, в камуфляже, с автоматами.Военные. Блокпост, наверное. Обход территории.

Легионер вернулся, шепнул Серому:

— Военные. Семь человек. Идут сюда.

— Мочим?

— Нет. Обходим. Стрельба привлечёт внимание. Пойдём через дворы, в обход.

Группа свернула влево, через арку, во двор. Потом через второй двор, третий. Обошли военных стороной, вышли на другую улицу.

Дальше без происшествий. Дошли до опушки, до поля, до моста. Шакал сидел там же, курил, ждал. Увидел группу, поднялся, улыбнулся.

— Живые! Все живые! Отлично!

Бандиты расслабились, закурили, передавали флягу. Легионер подошёл к Шакалу, кивнул.

— Спасибо за людей. Помогли.

— Не за что, брат. Помогу всегда. Ты же знаешь.

— Знаю.

Шакал посмотрел на рюкзак.

— Взял, что хотел?

— Взял. Образцы есть. Профессор доволен будет.

— Хорошо. Деньги получишь?

— Получу. Десять тысяч.

Шакал присвистнул.

— Неплохо. За полдня работы. Уважение.

Они помолчали. Шакал протянул флягу. Пьер выпил, вернул.

— Слушай, Шрам, — сказал Шакал задумчиво. — Ты заметил? У меня людей прибавилось.

— Заметил. Раньше шестеро было. Теперь десятка два.

— Двадцать три, если точно. Банда растёт. Люди идут, просят принять. Говорят — у Шакала порядок, у Шакала справедливость. Хотят под крылом быть.

— И ты принимаешь?

— Принимаю. Но не всех. Только надёжных. Проверяю сначала, потом в банду. Слабаков и предателей не беру. Банда должна быть сильной.

Легионер кивнул.

— Правильно. Сила в единстве.

— Точно. И знаешь что? Я теперь не просто Шакал. Я авторитет. Люди уважают, слушаются. Блокпосты с нами считаются. Сталкеры дань платят. Мост — моя территория. И скоро будет больше.

— Амбициозно.

— Жизнь одна, брат. Надо брать от неё всё. Или ты берёшь, или тебя берут.

Дюбуа усмехнулся.

— Философ.

— Практик.

Они допили флягу. Шакал обнял Пьера снова, по-братски.

— Приходи ещё. Всегда рад. Ты свой.

— Приду.

Легионер пошёл обратно, к базе. Шакал смотрел вслед, курил. Рядом бандиты сидели, говорили о чём-то своём.

Империя росла. Маленькая, зоновская, но империя. И Шакал строил её по своим правилам.

А Пьер шёл дальше. С образцами в рюкзаке, с деньгами в будущем, с долгом закрытым.

Ещё один день прожит. Ещё один шаг к концу.

Профессор Лебедев встретил его в лаборатории на втором уровне.Белый халат, очки в тонкой оправе, седина на висках. Лет пятьдесят пять, может, больше. Лицо усталое, морщины глубокие, но глаза живые, острые. Руки в перчатках, на столе микроскоп, пробирки, инструменты.

Легионер вошёл, закрыл дверь. Снял рюкзак, поставил на стол. Лебедев обернулся, увидел, кивнул.

— Шрам. Вовремя. Образцы привёз?

— Привёз. Пять контейнеров. Разные ткани.

— Отлично. Покажи.

Дюбуа открыл рюкзак, достал свинцовый контейнер. Тяжёлый, килограммов пять. Поставил на стол, открыл крышку. Внутри пять меньших контейнеров, пластиковых, герметичных. В каждом кусок плоти — чёрный, влажный, мерзкий.

Лебедев надел перчатки, достал дозиметр, поднёс к контейнерам. Прибор застрекотал — восемьсот микрорентген. Фонит прилично.

— Радиация высокая, но терпимая, — пробормотал профессор. — Свинец экранирует хорошо. Хранить можно. Работать осторожно.