Книга Шрам: ЧЗО, страница 125 – Сим Симович

— Давай послушаю.

Шакал протянул наушники. Легионер вставил в уши, нажал play. Полилась музыка — тихая, мелодичная, пронзительно печальная. Фортепиано, струнные, ещё что-то. Красиво. Очень красиво, чёрт возьми.

Он слушал минуты три, закрыв глаза, потом вернул наушники.

— Хорошо. Неожиданно от тебя, но хорошо.

— Я сам от себя не ожидал поначалу. Раньше рок слушал, метал. А в тюрьме сосед по камере включил Эйнауди. Я послушал и понял — вот оно, то, что нужно душе. С тех пор подсел конкретно.

Они помолчали, передавая флягу. Костёр потрескивал уютно, река шумела монотонно. Спокойно. Редко в Зоне бывает так спокойно.

Шакал достал колоду карт, потёртую до дыр, засаленную.

— Сыграем партейку?

— Во что?

— В дурака. На артефакты. У тебя с собой есть?

— Два штуки есть.

— У меня три. Норм будет на партию.

Расселись поудобнее, Шакал раздал карты. Играли не торопясь, спокойно, перебрасываясь словами. Шакал выиграл первый раунд, забрал артефакт Пьера — янтарный, тот, что слабо фонит. Легионер взял реванш во втором, прихватил шакаловский — тёмно-синий, холодный как лёд на ощупь. Третий раунд ничья, артефакты вернули обратно.

Играли, пили, говорили обо всём и ни о чём.

— Слушай, — сказал Дюбуа, глядя на карты в руке. — А нахрена вообще Зона людям сдалась? Радиация кругом, твари ёбаные, смерть на каждом шагу. Зачем они сюда прутся?

Шакал прикурил новую сигарету, выпустил дым, задумался.

— Хрен их разберёт. Каждый своё ищет, наверное. Кто деньги, кто артефакты редкие, кто славу дурацкую. Кто от прошлого бежит, кто себя найти пытается. Зона как зеркало работает. Показывает, кто ты на самом деле. Не соврёшь ей, не спрячешься. Либо выживешьи что-то поймёшь про себя, либо сдохнешь быстро. Честно получается.

— А ты сам что ищешь тут?

— Свободу искал. Нашёл уже давно. Живу как хочу, делаю что хочу. Никому ничего не должен, никого не боюсь. Может, завтра сдохну от пули. Может, через год тварь сожрёт. Но сейчас, вот в эту секунду, я свободен. А это, поверь, дорогого стоит.

Легионер выложил карту, кивнул.

— А я что тут ищу, по-твоему?

— Искупление, наверное. Или смысл какой-то. Ты же ради бабы своей сюда приперся. Спасаешь её от смерти. Может, спасая её, ты и себя спасаешь заодно. От пустоты внутри, от бессмысленности существования.

Пьер замолчал, уставился на карты. Может, Шакал попал в точку. Может, он действительно себя спасает через неё. Потому что без Оли что остаётся? Пустота. Война бесконечная, убийства, деньги. Круг замкнутый. А с ней есть цель. Причина просыпаться. Причина не опускать руки.

— А людям вообще Зона нахрен сдалась? — спросил он. — Человечеству в целом?

Шакал затянулся, выпустил дым медленно.

— Людям? Людям Зона нужна как символ, понимаешь. Символ того, что не всё в этом мире им подконтрольно. Что есть места дикие, где их законы не работают, где природа опасная, настоящая, без прикрас. Люди привыкли всё контролировать — города, дороги, поля. Всё под колпаком. А Зона — нет. Зона живёт сама по себе. Убивает, не спрашивая разрешения. И это пугает их. Но одновременно притягивает. Потому что честно всё. Без лжи, без политики, без бумажной возни. Выжил — молодец, значит, сильный. Сдох — сам дурак, не туда полез.

Легионер усмехнулся.

— Философ выискался, блин.

— Времени дохера тут. Сидишь, думаешь о всяком. Философом поневоле станешь.