Книга Шрам: 28 отдел "Волчья луна", страница 70 – Сим Симович

— А группы? — Ахмед замер.

— Коул берет фургон и идет на Альпы. Там «Ясли-4», охрана — в основном наемники, техника стандартная. Коул, твоя задача — не просто взорвать здание. Тебе нужно забрать их сервер с логами поставок. Лебедев прячет концы в воду, нам нужны имена тех, кто платит за это.

— Понял, — кивнул Коул. — Устрою им фейерверк, который они не забудут.

Пьер перевел взгляд на Жанну.

— Мы с тобой идем на Лион. Это распределительный узел. Там «Гамма» хранится тоннами перед отправкой в Фермы. Если мы спалим Лион, у Лебедева наступит логистический коллапс. Он будет вынужден стянуть все силы «чистильщиков» в одну точку, чтобы защитить остатки. И тогда…

— И тогда мы придем за ним самим, — закончила за него Жанна.

Пьер кивнул. Он подошел к верстаку и взял свой «Вектор». Массивный кустарный глушитель Коула сидел на нем идеально. Пьер почувствовал вес оружия — теперь это было единственное, на что он мог положиться.

— Собирайте всё, что можно унести. Мы выходим через час. Ахмед, подготовь нам «чистые» каналы связи. Если услышим в эфире хотя бы звук из Отдела — уходим на резерв.

В бункере снова закипела работа, но это была не суета. Это была холодная, расчетливая подготовка к бойне. Каждый знал свое место. Каждый понимал, что этот рейд может стать последним.

Пьер подошел к окну, за которым за бетонными стенами шумел чешский лес. Он чувствовал приближение грозы. И это была не просто смена погоды. Это была ярость, которую они копили в себе, превращаясь из жертв в охотников. Лебедев думал, что создал идеальных солдат, которые будут служить его целям. Но он совершил одну ошибку — он дал им волю и повод ненавидеть.

— Пора заканчивать это шоу, — прошептал Пьер,загоняя патрон в патронник. — Пора показать им, что случается, когда псы срываются с поводка.

Ночь над промышленной зоной Лиона была не просто темной — она была пропитана химическим туманом и мелким, ледяным дождем, который превращал бетон в черное зеркало. Логистический хаб «Омега-Логистик» — огромное, приземистое чудовище из гофрированного металла и стекла — казалось спящим. Но Пьер, лежавший на мокрой крыше соседнего склада, чувствовал его пульс.

Серебряная пыль в его легких вибрировала в унисон с трансформаторами подстанции, питающей комплекс. Он «слышал» их: тридцать два тепловых контура охраны, ритмичное сканирование камер периметра и тяжелое, густое дыхание чего-то огромного в центральном ангаре.

— Мы на позиции, — его голос в ларингофоне был едва слышным шелестом.

— Вас понял, — отозвался Ахмед из бункера за сотни километров. — Вскрываю внешний периметр. У вас окно в сорок секунд, пока их система безопасности будет думать, что это просто скачок напряжения из-за грозы. Три… два… один. Тьма.

В ту же секунду гигантский комплекс моргнул и погрузился в непроглядный мрак. Лишь аварийные красные огни вспыхнули на углах зданий, превращая дождь в кровавые струи.

— Пошли.

Пьер соскользнул с крыши по тросу. Он двигался не как человек, а как сгусток ожившей тени, быстрый и беззвучный. Жанна осталась наверху. Ее силуэт растворился на фоне грозового неба, став частью архитектуры.

Первые двое «чистильщиков» у южных ворот умерли, даже не поняв, что их убило. Модифицированный «Вектор» Пьера в его руках кашлянул дважды — сухие, короткие звуки, тут же поглощенные шумом дождя. Тяжелые дозвуковые пули пробили шлемы, и тела осели на мокрый асфальт с мягким, влажным стуком. Это было не убийство, а хирургия — быстрое удаление помех.