Книга Шрам: 28 отдел "Волчья луна", страница 1 – Сим Симович

Океан слизывал отпечатки ног с белого песка под мерный, гипнотический шум прибоя. Солнце Шри-Ланки — тяжёлое, рыжее, словно расплавленное золото, — медленно тонуло в Лаккадивском море.

Воздух пах солью, жареной рыбой и кокосовым маслом. Пьер Дюбуа старательно впитывал эти запахи, пытаясь вытеснить из памяти сладковатую вонь гниющей плоти Дакки. Он сидел на террасе бунгало, вытянув ноги.

На его груди, пересекая бледные старые отметины, пролегал свежий шрам — длинный, багровый росчерк от когтей Лича. Рёбра под ним срослись — спасибо сыворотке Лебедева, — но при глубоком вдохе в лёгких всё ещё ощущалось тупое давление.

— Пять минут тишины — это слишком много для тебя, Шрам? — Голос Жанны прозвучал мягко.

Она вышла из тени комнаты, накидывая на плечи лёгкую рубашку. Рыжие волосы выгорели на солнце, веснушки на носу стали ярче. На её правом предплечье белел аккуратный шрам от укуса — сувенир из Бангладеш, едва не стоивший ей жизни и человеческой сути.

— Пытаюсь запомнить, как звучит мир, в котором никто не пытается меня сожрать, — отозвался Пьер, не поворачивая головы. — Плохо получается. В ушах всё равно звенит от «Барретта».

Жанна подошла сзади, положила ладони ему на плечи. Её пальцы, привыкшие к спусковому крючку «Ремингтона», были тёплыми и живыми.

— Маркус прислал пакет? — спросила она.

Пьер кивнул на лежащий на столе защищённый планшет Panasonic Toughbook. Экран был тёмен, но Дюбуа знал, что внутри: координаты, снимки изуродованных тел и скупые отчёты разведки. Рай закончился.

— Карпаты, — коротко бросил Пьер. — Граница Румынии и Венгрии. Глухие деревни, вековые леса. Местные в ужасе. Полиция пишет про «диких животных», но мы оба знаем, что волки не умеют открывать засовы изнутри.

Он дотянулся до планшета и активировал экран. По сетчатке ударил холодный свет.

* * *

### БРИФИНГ: ОБЪЕКТ «ЛУПУС»

* **Локация:** Район жудеца Марамуреш, Румыния.

* **Инцидент:** 14 подтверждённых нападений за последние три недели.

* **Характер повреждений:** Рваные раны шеи, отсутствие крупных фрагментов мягких тканей; следы зубов, не соответствующих ни одному известному хищнику Европы.

* **Свидетельства:** «Существа ростом с человека, передвигающиеся на четырёх конечностях, но способные стоять на двух».

* **Особыеотметки:** Все нападения произошли в период, близкий к полнолунию.

* * *

[Изображение сурового горного лесного пейзажа в Трансильвании с густым туманом и старыми соснами]

— Обычный свинец их не берёт, — Пьер пролистал файлы. — Группа местной жандармерии выпустила по одному такому «волку» два магазина из MP5. Тварь даже не замедлилась и порвала всех четверых за сорок секунд.

— Значит, серебро. — Жанна присела на край кресла, её лицо мгновенно стало профессионально-холодным. — Снова.

— Маркус уже заказал партию.338 Lapua Magnum и.45 ACP с серебряным сердечником. Вылет через тридцать шесть часов из Коломбо. Сначала в Женеву на доэкипировку, потом — в горы.

Пьер встал. Тело отозвалось привычной готовностью. Мышцы, усиленные сывороткой, требовали действия. Он подошёл к своей сумке, выудил из неё артефактный нож Лебедева. Чёрный клинок впитал закатный свет, не отразив ни луча.

— Знаешь, что самое хреновое в оборотнях, Жанна? — спросил он, проверяя баланс оружия.

— Что именно?

— В Дакке мы стреляли в тех, кто уже умер. Гниль была очевидна. А здесь… Днём это могут быть обычные люди. Пастухи, священники, дети. А ночью они превращаются в тварей.