Книга Мутные воды, страница 120 – Дженнифер Мурхэд

Эрмина обходит стойку и касается моего плеча. Я разражаюсь рыданиями. Она обнимает меня своими хрупкими, тонкими руками и крепко прижимает к себе.

– Выплесни это, – шепчет она. – Выплесни все.

И я выплескиваю. Я позволяю Эрмине держать меня в объятиях и укачивать, словно ребенка, и шептать мне на ухо, что все будет хорошо. Я выплескиваю все слезы, весь яд, который хочу адресовать своей матери, весь яд, который хочу адресовать себе. Затем выдаю все тайны. Я рассказываю Эрмине о телефоне Мейбри, о том, как я оплачиваю за него счета, чтобы по-прежнему слышать смех своей младшей сестры, о том, как я сохранила сам телефон. Затем я рассказываю ей о том, что сохранила прах Мейбри, и когда я это делаю, Эрмина обнимает меня еще крепче.

Спустя несколько минут я поднимаю голову и вытираю лицо. Я делаю хриплый вдох, перевожу дыхание, выдыхаю.

– Прости, – говорю я. – Я не хотела вываливать все это на тебя. Просто… я держалась за то, за что больше не могу держаться. Может быть, рассказать это тебе – первый шаг…

Эрмина поглаживает мою руку и говорит:

– Отпусти это, или оно утопит тебя, милая.

Эрмина наливает чай в две кружки, и я беру одну из них. Чай пахнет розами. Она ведет меня к маленькому дивану. Оба кота уже проснулись и теперь проявляют любопытство. Они спрыгивают с кресел и начинают виться вокруг тонких лодыжек Эрмины. Она наклоняется и чешет их за ушами.

– Это Фрэнк, – представляет она, указывая на черно-белого кота. – А это Боб, – она чешет за ухом серого.

Впервые за долгое время я смеюсь настоящим, искренним смехом.

– Фрэнк и Боб?

– Ну же, перестань, – говорит Эрмина, но сама при этом хихикает. – Они знают, что ты смеешься над ними.

Но не похоже, чтобы Фрэнк и Боб знали это. Фрэнк уже устроился у меня на коленях, мурлыча и ритмично запуская мне в ногу коготки, а Боб сел на диван рядом с Эрминой.

– Спасибо, Эрмина, – благодарю я. – За то, что позволила мне подняться сюда, наверх. За то, что выслушала и не осудила.

Она похлопывает меня по колену.

– Я рада, что смогла помочь.

Низкий грохот сотрясает стекла в окне гостиной. Эрмина смотрит на меня, затем спрыгивает с дивана. Боб удирает в коридор справа от меня. Когда Эрмина подходит к окну, звук повторяется.

– Ну, в кои-то веки… – Она оглядывается на меня через плечо. – Дождь пошел.

Пока мы с Эрминой спускаемся по лестнице, гром продолжает греметь. Мы проталкиваемся на переднее крыльцо «Напитков и закусок у Тейлора» мимо толпящихся в дверях посетителей и повара. По крыше звенят дождевые капли. Какая-то женщина хлопает в ладоши.

– Хвала Всевышнему, – выдыхает Эрмина.

Все достают мобильные телефоны и открывают приложения с прогнозом погоды. Яркий день мрачнеет, над нами вспыхивает зигзаг молнии. Потом небеса разверзаются и низвергают на землю потоки ливня. Мы все стоим на крыльце, глядя, как дождь ниспадает сплошной стеной.

– Несколько месяцев ни единой капли, – замечает повар, – а теперь вот настоящий потоп.

Эрмина ухмыляется ему через плечо.

– Я выбираю потоп.

Я снова благодарю Эрмину и бегу под дождем к своей машине. Оказавшись внутри, я отправляю сообщение и жду ответа. Мой телефон звякает почти сразу же.

* * *

Дождь все еще идет, когда я открываю дверь и приглашаю Трэвиса в дом; на мне по-прежнему футболка с надписью «Форт-Уэрт лайв». Парадные вещи, лежащие в моих сумках, сейчас еще сильнее кажутся мне насмешкой над всем происходящим. Трэвис стряхивает с волос дождевую воду, переступая порог. Сегодня на нем нет обычной полицейской формы. Он одет в джинсы и простую футболку и обут в ковбойские сапоги. Выражение лица у него такое же, как у меня. Горестное.