Книга Убийство перед вечерней, страница 53 – Ричард Коулз

– Как чудесно! Сколько народу пришло в старую капеллу! Как чудесно, что чемптонцы сплотились в этот час! Все так подавлены из-за смерти Энтони! А еще, дорогой, все ждут официального заявления по этому поводу.

– Я думаю, главный инспектор в какой-то момент выскажется. Возможно, завтра.

– А ведь имение, кажется, посещал сам главный констебль? Может, он даст людям какой-то намек, пусть неофициально, просто чтобы все успокоились? И еще ведь, пока полиция не схватит этого человека, нам надо сохранять бдительность и обращать внимание на всех чужаков и подозрительных лиц. Ведь правда?

Бернард пожал плечами и издал неопределенный звук – то ли покашлял, то ли прочистил горло.

– Чарли вряд ли знает больше, чем мы с вами. Ему никто ничего не рассказывает.

Дэниел вспомнил, как на то же самое жаловался ему епископ: чем выше твой статус, тем меньше нужной информации до тебя доходит.

– Но всему свое время, в свое время мы все узнаем. И разумеется, мы должны быть начеку… – С этими словами Бернард удалился.

Они попрощались с хозяевами и пошли домой через парк. Одри взяла сыновей под руки, и Дэниел заметил, что им с Тео приходится теперь прилагать больше усилий – с годами мать ослабела, и ее нужно было поддерживать. Вечер переходил в ночь, и тропинка терялась в сумерках.

– Ну разумеется, он уже поговорил с главным констеблем, – сказала Одри. – Еще бы! Убийство, да к тому же в Чемптон-хаусе, да кроме того убит член семьи! Нисколько не удивлюсь, если окажется, что главный констебль, верховный шериф и лорд-наместник все это время прятались за диваном.

И тут хлипкую плотину, которая сдерживала бурлившее внутри нее море вопросов, наконец прорвало.

– Кто его убил, Дэниел? И зачем? А главное, как? И не надо на меня так смотреть, все ты знаешь.

Опыт научил Дэниела, когда имеет смысл сопротивляться материнскому напору, а когда лучше уступить.

– Ему проткнули шею секатором. Секатор, наверное, из цветочной.

– Из цветочной?

– Я не представляю, откуда еще там мог взяться секатор; разве что убийца планировал потом поработать в саду. И я точно видел такой секатор у Анны Доллингер.

– Правая рука этой, как ее… Из цветочной гильдии? – спросил Тео.

– Да.

– Не могу себе представить, чтоб она кого-то убила, – сказала Одри. – Разве что Стелла ей велела.

– Но интересный способ убийства. Кто-то из гильдии наверняка заходил в цветочную, чтобы полить растения и прибраться к воскресенью, но мог ли он оставить секатор валяться… и тогда его нашел убийца… Или убийца принес… или принесла… свой?

– Думаешь, это могла быть женщина? – спросил Тео.

– А много ли ты знаешь мужчин, которые носят с собой секатор?

– Все садовники носят, – сказала Одри. – Но я бы не стала и пытаться перерезать им кому-то глотку, даже будь я мужчиной.

– Ему не перерезали горло, ему нанесли удар. Вероятно, один удар – там небольшая рана, но убийца попал прямо в артерию.

– Какая-то хирургическая точность, – заметил Тео. – Всего один удар? Да еще и секатором? И сразу в артерию?

– Я тоже об этом подумал. Я думаю, что в ярости еще можно кинуться на человека и случайно нанести смертельный удар. Но удар был нанесен сзади.

– Откуда ты знаешь?

– Он молился. Стоял на коленях. Судя по всему, убийца подошел сзади и вонзил секатор.

Это ведь распространенный сюжет в христианской иконографии, подумал Дэниел: святой молится Богу, злодей заносит над ним нож, роковой удар еще не нанесен, а святой уже на полпути к Небесам. Но Энтони не был святым и если бы знал, что сзади убийца, то, конечно, попытался бы сопротивляться.