Книга Смерть в летнюю ночь, страница 4 – Кристина Додд

Тон, каким она это произнесла, мне совсем не понравился.

– Как это не вполне?

– Не смогла со смирением в сердце принять простую мысль, что не все надежды сбываются, – ответила мама и слегка поежилась. – Она мне даже угрожала.

– Что-что? У-угрожала? Тебе?– заикаясь, спросила я. – Ведь ты же Джульетта!

– Она стукнула кулачком по столу и повысила на меня голос, можешь себе представить? И тем не менее от дома Монтекки я ей не отказала. Совсем еще юная ведь, бедняжка… была… Представляю, как она настрадалась с такими родителями… Они всегда третировали ее! Но время ее общения с вами, дети, я ограничила и с тех пор глаз с нее не спускала.

– К счастью, она вскоре обратила свой взор на герцога Стефано и обо мне забыла, – добавил папа, испустив вздох облегчения.

– Я ничего об этом не знала. Прости меня, папа. – Мне захотелось прекратить этот неприятный разговор. – Мы с Титанией были совсем разные. Уверена, что причина ее угрюмости и хандры крылась в отсутствии родительской любви. Но, мама, как Титания могла увлечься этим злодеем? Я способна понять ее влюбленность в папочку, женщины до сих пор от него без ума, но полюбить герцога Стефано? Этот человек абсолютно равнодушен к своим близким и не любит никого, кроме самого себя!

– Бедная девочка, – проговорила мама; видно было, что она, с ее нежным сердцем, искренне жалела Титанию. – Умереть, так и не познав настоящей любви.

– В ее сердце была любовь. Она так и лучилась любовью! – воскликнула я, поскольку прекрасно все это помнила. – Я ни минуты не сомневаюсь, что Титания была влюблена в герцога до безумия.Она говорила только о нем, а когда он был рядом, глаз с него не спускала. Ходила за ним хвостом… Правда, старалась делать это незаметно.

– Ты, небось, еще ей и советы давала? – спросил папа.

– Ты же меня знаешь, папочка, – нахмурилась я. – Если у меня есть собственное мнение, всякий имеет право его выслушать.

– Давать советы надо, только когда от них есть польза, – вставила моя добрая мамочка.

Но папа оказался не столь добр ко мне.

– Вот эта твоя черта, Рози, больше всего меня раздражает. Особенно когда ты оказываешься права.

– Титания была беззаветно предана герцогу Стефано, а он ее отравил! – упрямо продолжала я, вспомнив, какой подруга была на своей свадьбе, всего год назад: невинная, с улыбкой во весь рот, по уши влюбленная в своего избранника. – Как и первую жену, – повысила я голос, – загадочно погибшую спустя десять дней после свадьбы.

– Признаюсь, этот случай меня тоже удивил. Я была уверена, что этот негодник любит ее, хотя бы настолько, насколько он вообще способен любить, – проговорила мама, невольно выдавая свое истинное отношение к герцогу.

– Да, его первая жена была отравлена! – продолжала я, еще больше повышая голос. – Как и следующая. А за ней и Титания. И все три бедняжки были гораздо моложе него, заметьте! Все три богаты. А он преспокойно транжирит их состояние и женится снова и снова.

– Прекращай уже кричать, синьорина! – наконец, вспылил и папа. – Сплетни про его мотовство, про то, что он не вылезал из борделей и что приключилось с его любовницей, – все это не более чем светский вздор.

Мама раскрыла веер и принялась усердно обмахивать раскрасневшееся лицо.

– А что случилось с его любовницей? – спросила она.