Книга Смерть в летнюю ночь, страница 9 – Кристина Додд

Я вгляделась в наш залитый яркими солнечными лучами сад: лабиринт дорожек, пирамидальные тополя, зеленые кипарисы с остроконечными верхушками и высокими колоннами стволов, могучее ореховое дерево, растущее рядом с моим окном… Кстати, нужно распорядиться, чтобы садовник опрыскал розы от тли слабым раствором мыла, а также подстриг живую изгородь из боярышника, идущую вдоль внешней стены. Глубоко вздохнув, я оперлась локтями на каменные перила.

Но нет, прежде чем заняться садом, мне нужно устроить праздник по случаю своей помолвки с этим жестоким похотливцем, герцогом Лейром Стефано.

Через два дня в моей девичьей спальне собрались брат и сестры, которые еще продолжали жить с родителями. Уютно усевшись с ногами на моей кровати, девочки принялись перемывать косточки моему жениху, пока нянька наряжала меня в алое бархатное платье – прямо как рождественскую индейку.

Маленький Чезарио, наследник семейства, прыгая на кровати, сыпал в адрес жениха оскорбительными насмешками с изощренностью, на которую способны мозги шестилетнего мальчишки.

– У него на заднице фурункулы! – выкрикнул он очередное обидное предположение.

– Из носа торчат противные волосы, а козявки такие длинные, что он их вилкой выковыривает! – подхватила одиннадцатилетняя София; мне казалось, что она уже выросла из детских дразнилок… но нет, не совсем.

– У него в ушах прыщи! – крикнул Чезарио.

– Вытяни-ка руки вперед, – велела мне нянька.

Я повиновалась, и она надела на них шелковые, расшитые жемчугом рукава и шнурами закрепила на плечиках платья.

– Он все время врет, и нос у него вширь растет, – заявила тринадцатилетняя Катерина.

От чисто ребяческих дразнилок она перешла к эвфемизмам, которые можно употреблять прилюдно… ведь все знают, что нос мужчины считается отражением его других, более ценных достоинств, а нос герцога Лейра Стефано был и впрямь весьма внушителен.

– Сам нафунял и сам нюхает! – гнул свою линию Чезарио, заливаясь смехом.

– Ты у нас поистине сын своего отца, – заметила я.

– Так как же его зовут? Герцог Лейр Стефано? А может… герцог ло Стерко? – шепеляво промолвила до сих пор молчавшая и самая язвительная из всех нас, недавно лишившаяся двух передних зубов семилетняя Эмилия.

Детишки дружно расхохотались и принялись радостно хлопать друг друга по плечам и спинам. Дело в том, что просторечное выражение ло стеркоу нас означает навоз, помет… одним словом, дерьмо.

Они продолжали веселиться, но я по праву старшей сестры попробовала их хоть немного унять.

– Тише вы! Нехорошо так говорить о могущественном и богатом человеке.

Однако сама удержаться от улыбки все же не смогла, так была тронута их поддержкой.

Чезарио прекратил свои прыжки на кровати и бросился мне на шею.

– Рози, – воскликнул он, – прошу тебя, не выходи за него. Ну пожалуйста, не надо. Останься с нами. Как мы будем жить без тебя? Мы ведь так тебя любим!

Сестры последовали его примеру, принялись меня целовать, и я обнимала их в ответ, на глаза у меня навернулись слезы, а нянька все кудахтала, уговаривая их отпустить меня и не мять мои юбки. Мы все одной крови, тут никаких сомнений быть не могло. Мы так похожи друг на друга и на своих родителей! Наши сердца бились в унисон, а чувства отражались на наших лицах, выражались в одинаковых жестах, улыбках и криках. Как они были мне дороги! Как не хотелось расставаться с ними, навечно уходить в чужой дом или, того хуже, на тот свет.