Онлайн книга «Последняя граница»
|
Алистер Маклин Последняя граница THE LAST FRONTIER First published in Great Britain by Collins 1959 Copyright © HarperCollinsPublishers 1959 © А. П. Александров, перевод, 2025 © К. П. Плешков, перевод, 2025 © Д. В. Попов, перевод, 2025 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025 Издательство Азбука® * * * Посвящается Гиллеасбургу Глава 1 С севера, не утихая, дул ветер. Холодный ночной воздух обжигал лицо. На снегу не видно никакого движения. Под застывшими в вышине звездами во все стороны простиралась бесконечная замерзшая равнина – пустая, безлюдная, она сливалась в туманной дали с пустым горизонтом. Надо всем царила мертвая тишина. Рейнольдс знал: пустота эта обманчива. Как и безлюдье, и тишина. Реален здесь только снег – снег и пробирающий до костей холод, ледяным саваном окутавший его с головы до пят и непрерывно сотрясающий тело жестокими, неконтролируемыми судорогами, как при малярийной лихорадке. Может быть, и едва заметно овладевающая им дремота – только лишь обман чувств? Но нет, и это реальность, и он прекрасно понимает, чем все может закончиться. Решительно, почти свирепо отринув мысли о снеге, холоде и сне, он сосредоточился на том, как ему остаться в живых. Медленно, аккуратно, избегая малейших звуков и движений, он просунул закоченевшую руку за отворот пальто, достал из нагрудного кармана носовой платок, скомкал его и запихнул в рот – это поможет стать невидимым и неслышимым, насколько возможно: кляп рассеет пар изо рта, поднимающийся в морозном воздухе, и заглушит стук зубов. Затем он осторожно повернулся в глубоком заснеженном кювете, в который свалился, и протянул руку, почему-то покрывшуюся от холода синими и белыми пятнами, за фетровой шляпой (слетевшей у него с головы, когда он рухнул с ветки дерева, которая сейчас нависала над ним), нащупал ее и подтянул осторожно к себе. Потом хорошенько – насколько позволили онемевшие, почти уже ни на что не годные пальцы – присыпал тулью и поля приличным слоем снега, натянул шляпу пониже на выдававшую его копну черных волос и стал до нелепости неспешно приподнимать голову и плечи, пока сперва поля шляпы, а затем и глаза не оказались выше края кювета. Отчаянно дрожа, он все-таки сумел собраться всем телом, как натянутая тетива, в напряженном, тошнотворном ожидании крика, который возвестит, что его заметили, или выстрела, или оглушающего удара, который отправит его в небытие, когда пуля попадет в незащищенную цель – его голову. Но никто не крикнул и не выстрелил, лишь с каждым мгновением обострялись его чувства. Бегло окинув взглядом линию горизонта, он убедился: по крайней мере, поблизости нет ни души. Двигаясь все так же осторожно и медленно, очень, очень постепенно разрешая себе дышать свободнее, Рейнольдс выпрямился и встал на колени. Он по-прежнему дрожал от холода, но уже не замечал этого, сонливость как рукой сняло. Он снова обвел внимательно зоркими карими глазами весь горизонт – на этот раз не торопясь, как бы прощупывая его, стараясь ничего не упустить, и вновь не обнаружил ничего подозрительного. И никого. Вообще ничего, только ледяное мерцание звезд на темном бархате неба, плоскую белую равнину, несколько рощиц, разбросанных здесь и там, да извилистую ленту дороги рядом, плотно утрамбованную зимними шинами тяжелых грузовиков. |