Книга Архонт северных врат, страница 48 – Макс Гаврилов

Хейт запустил мотор и медленно выкатился с паркинга. Несколько минут он петлял по Виа Монтекассино, спускаясь с холма в долину, и вскоре уже мчался по автостраде Дель Соле, оставив Кассино позади. Ветер трепал на голове волосы, полоскал рубашку на еще мускулистых, загорелых плечах и, казалось, выдувал из Хейта все накопленные мрачные мысли.

Ему вдруг страстно захотелось, чтобы на сиденье рядом была Эльма. Леваль, за свою полувековую жизнь любил по-настоящему лишь однажды. Они были совсем молоды, он – студент факультета искусств, она – начинающая актриса в Театро ле Лауди. В тот день они встретились на вечеринке общего знакомого. Как потом признался Роберто, он сделал это намеренно, ему казалось, что они подходят друг другу. Он не ошибся, между Хейтом и Эльмой зажегся огонь, угли которого тлели внутри Леваля до сих пор. Она была божественна! Светлые кудри, скользя по лицу, будили его утром. Он купался в ее волосах, пахнущих ягодами, прикасался к родинкам на её плече, когда она еще спала, будил её этими прикосновениями и наслаждался улыбкой, когда Эльма, наконец, открывала глаза и сладко потягивалась. У нее былисовершенно особенные губы. Влажные, полные податливой упругости и вместе с этим нежные, наполнявшие её поцелуи какой-то магической силой античного божества. Поцелуй запускал необратимый процесс в организме Хейта, некую неуправляемую цепную реакцию деления, когда остановиться не представляется возможным. Они снимали небольшую квартирку недалеко от Академии, летом уезжали в Кассино, в дом матери, жившей в монастыре, и были там безмерно и абсолютно счастливы. Часто они брали машину и отправлялись на юг, в Неаполь, или на Сицилию. Жизнь летела под звуки тарантеллы на побережье, Эльму обожали все уличные музыканты, Хейт даже иногда смешно её ревновал…

Так пролетели студенческие годы, Леваль остался преподавать в Академии, Эльму же пригласили в Театро делла Пергола. В их жизни появились затяжные гастроли, долгие и мучительные для Леваля, наполняющие его нутро тоской, ревностью и погружением в работу. Затем заболела мама, и он вынужден был взять отпуск и вернуться в Кассино. Здесь он закончил работу над диссертацией, и дня не проходило, чтобы он не созванивался с Эльмой. Он очень скучал. Он писал ей длинные письма, полные нежности, любви и грустной тоски. Увы, все сложилось как в сотнях заезженных романов. Он вернулся во Флоренцию в день спектакля с огромным букетом её любимых белых роз. Леваль решил дождаться у служебного входа, но, как оказалось, ждал её не только он. Эльма вышла и уверенно села в стоящий по другую сторону улицы автомобиль. Хейт видел, как она поцеловала водителя в губы и машина тронулась. Он поехал следом, кипя от бессильной злости и силясь погасить дрожь во всем теле. Любовники долго петляли по узким флорентийским улочкам, затем въехали на территорию какого-то особняка, и за их машиной закрылись ворота. Взбешенный Хейт выбросил букет в окно и уехал. Объяснений не было. Выслушав все его обвинения, Эльма просто сказала, что уходит от него. Она собрала вещи и исчезла из его жизни.

Прошло более двадцати лет, а Хейт так и не нашел ответа на вопрос, хотел ли бы он, чтобы она была рядом, несмотря на ее измену? Удивительно, но сейчас, зная, как сложится жизнь, он скорее простил бы…