Книга Архонт северных врат, страница 104 – Макс Гаврилов

– Хорошо.

– Здесь недалеко, пару кварталов.

Они обогнули старый особняк, увитый плющом по самую крышу, и оказались на маленькой площади перед такой же старой церковью. Наверху ударил колокол, Мира подняла глаза вверх и тут же услышала, как звон подхватил еще один колокол, похоже, другой церкви. Через минуту колокола звонили со всех сторон, ей казалось, что церкви здесь повсюду. Начиналась утренняя служба. Якопо вел её узкими улочками и переходами, иногда они выходили к каналу и снова пропадали в кирпичных лабиринтах, она не понимала, как здесь можно было вообще ориентироваться, ноеё спутник вёл уверенно. Иногда они вынуждены были идти друг за другом, так узки были переходы, наконец, художник вывел её к мостику, перекинутому через канал, и перед Мирой выросло здание Скуолы[53]Сан-Марко. Белоснежное, выстроенное в римском стиле, оно контрастировало с окружающими его домами. Спутники пересекли площадь и прошли через главные ворота внутрь. В холле было пусто, мраморная лестница раздваивалась на площадке между этажами, они поднялись выше и взгляду Миры открылся просторный зал с расписанным потолком, колоннами коринфского ордера с замысловатыми капителями и четырьмя огромными, висящими на стенах, полотнами. Якопо жестом указал ей в центр зала:

– Прошу! Сейчас все на службе и нам никто не должен помешать. Здесь представлены работы венецианских мастеров. Как ты их находишь? Я работал здесь подмастерьем. Мешал краски и грунтовал полотна.

Мира пошла вдоль стены, по очереди заинтересованно разглядывая картины. Якопо не мешал. Он тоже заинтересованно разглядывал. Только в центре его внимания были не полотна. Он смотрел на девушку. Конечно, он не поверил ни единому ее слову. Мыслимое ли дело, послать для выбора художника женщину? Много ли в Италии женщин, досконально разбирающихся в искусстве? Да и во всей Европе, пожалуй. Акцент, с которым Фаустина говорила, был ему незнаком, а Якопо слышал многие. Была в этой девушке какая-то тайна, которую ему очень хотелось разгадать, но он не хотел быть излишне настойчивым. Захочет, сама расскажет. Удивляла она, к слову, не только сбивчивым рассказом о себе, Якопо больше всего будоражила мысль, что она тонко разбирается в том, что занимало все его мысли, он это чувствовал и сейчас с нетерпением ждал подтверждения своих догадок. Тем не менее, слова девушки заставили его удивиться.

– Ты сказал, что здесь собраны работы венецианских мастеров?

– Так и есть.

– В таком случае, ты, наверное, имел ввиду картины и потолок, потому что все эти четыре полотна принадлежат кисти одного мастера. Я вижу это по технике исполнения. Мне нравится, как мастер работает со светом. Вот здесь, – Мира указала ладонью на третье по счету полотно, – свет как бы проливается на смысловой центр. Этот мужчина, лежащий на земле…

– Раб…

– … он как бы подсвечен. Это очень интересное решение, я раньше не встречала подобных приемов.Сверху это…

– Святой Марк…, – еле слышно от удивления пробормотал Якопо.

– Никогда не видела святых, написанных вниз головой. Художник смел, – она улыбнулась и продолжила удивлять изумленного спутника. – Композиция отходит от академизма современной флорентийской, да и венецианской школ, ощущение такое, что я присутствую при этом действии.