Онлайн книга «Всегда подавать холодным»
|
Константин издалека узнал фигуру брата. Император стоял, заложив руки за спину, и задумчиво глядел на реку. Высокий красавец с умным, чуть высокомерным взглядом, Александр был одет в черный мундир с золотыми эполетами. Высокий воротник доходил до линии курчавых бакенбард, голова не была покрыта, и летний ветерок ворошил волосы. Он обернулся, увидев брата, и они обнялись. – Вот смотрю на реку, – начал император, – помнишь ли, как в воду вон там, за березками, прыгали? – Как не помнить, Саша? Ты и ножичком на коре похабное слово вырезал. Они рассмеялись. – До сих пор начертано, я проверял. – Александр положил руку брату на плечо. – Тихо здесь. И думается славно. – Государь, что-то случилось? – Генерал хорошо знал брата и по его глазам видел, что какая-то мысль тревожит Александра. – Знаешь, а я тебя позвал пожаловаться. На твоих кавалергардов. Константин удивленно вскинул брови. – Да, да, на них. Представь себе: вчера поздним вечером двое офицеров наняли лодку. Как тебе известно, полк расквартирован на том берегу. – Он кивнул на реку. – Так вот, два кавалергарда причалили к окнам покоев императрицы. С собой у них была припасена не то гитара, не то бандура, сие не так уж и важно. Они прямо в лодке исполняли под окном Лизы серенаду! И недурно, кстати, исполняли, позволю заметить! – Государь… я… Мерзавцы задержаны? – Константин кипел от злости. – Нет, конечно. Увидев ялик охраны дворца, эти певуны налегли на весла и вошли в устье Черной речки, ялик, преследуя их, сел на мель. Подозреваю, что не далее как завтра по Петербургу разнесется новый анекдот. – Государь, найдем пакостников! Кто бы они ни были, невзирая на заслуги, в дальние гарнизоны поедут! – Нет, Костя. Не будем смешить свет, – он повернулся к брату, – я хочу, чтобы ты их нашел и мне представил. Генерал раздраженно закусил губу. Глаза его горели от ярости, но он сдерживал гнев. Александр тоже прекрасно знал брата, а потому рассмеялся: – Ну как же можно в дальние гарнизоны таких молодцов? У одного прекрасный баритон, у другого – тенор. Хочу презентовать им полста бутылок шампанского из императорского погреба. Константин вздохнул. – Вы слишком добры, ваше императорское величество! – Я вижу, ты еще хочешь что-то сказать? Ну? Говори, говори, я дозволяю. Ты один из немногих, кто еще может говорить мне то, о чем помышляет. Мне это весьма приятно, Константин. – Император улыбнулся и расстегнул ворот мундира. – Я скажу не как ваш подданный, государь. Скажу как брат. Саша, остановись! Остановись, неужели ты не видишь, что происходит вокруг? В салонах болтают невесть что, в гвардии появляются тайные общества, где офицеры не просто играют в «Фараона» за пуншем, а обсуждают идеи парламентаризма! Хвалят Сперанского с его проектами перемен, восхищаются Бонапартом и Республикой! Совершенно ушел страх перед государем! Ты расшатываешь устои, на которых держится твой престол! Вокруг тебя люди, которые подталкивают к пропасти. Кочубей, Строганов, Новосильцев… Они брели вдоль причала, солнце зашло за набежавшие невесть откуда облака, и свежий ветер с реки принес долгожданную прохладу. Александр задумчиво слушал брата и глядел под ноги. При упоминании фамилий своих ближайших советников он вздрогнул. – Мир меняется, Костя. И монархиям следует меняться. Погляди, что было во Франции… Время абсолютной, ничем не ограниченной власти подходит к концу. Либо это сделаю я, причем сделаю так, как необходимо мне, либо… Они… – Он неопределенно кивнул куда-то за спину, и Константин не понял, кого он имеет в виду. – Ты упомянул наш Негласный комитет… Чем же он тебе, позволь узнать, не угодил? |