Книга Физрук: на своей волне 4, страница 92 – Валерий Гуров

Урка говорил ей эту чушь таким тоном, будто уговаривал ребёнка съесть кашу.

Фантазёр… ты меня назвала.

Да уж, фантазия у него работала на полную катушку. Тигран чувствовал, что Милана ускользает у него из рук, и торопливо подсовывал ей новую порцию лапши, лишь бы вернуть контроль.

А потом, очевидно решив, что разговоры — роскошь, а времени на них нет, резко сменил тему,будто отрезал.

— Ладно, — рявкнул он. — Бабки где? Нам валить надо прямо сейчас.

Милана мгновенно перешла к роли, которую мы успели ей прописать.

— Они у него в пижаме, в нагрудном кармане, — пояснила она, кивнув на меня. — Нужно его перевернуть и достать деньги.

Тигран подошёл ближе, склонился надо мной, всматриваясь в мою неподвижную тушу.

— И сколько там ты говоришь… два ляма? — уточнил он, не отрывая взгляда от меня. — Ты точно считала?

— Да. Там ровно два миллиона, — уверенно подтвердила девчонка.

— Вот это я хренею, — протянул Тигран, присвистнув. — Откуда у этого жирного гуся такие бабки? Учитель, блин… по нему и не скажешь. Походу мутит что-то, кроме школы.

Я наблюдал за происходящим так, как и планировал: чуть приоткрыв один глаз, чтобы видеть ровно столько, сколько нужно. Угол обзора был неудобным, но и этого хватало.

Милана стояла в коридоре, скрестив руки на груди, будто пытаясь отгородиться от собственного разочарования. Лицо у неё было каменное и, кажется, решение в её голове уже состоялось. Девчонка окончательно поняла, кто перед ней стоит и какой ценой эта «любовь» обойдётся ей дальше.

Первый акт нашего маленького спектакля был сыгран, маски расставлены, роли обозначены, и самое время было переходить к следующему этапу.

Тигран нервно облизнул губы, провёл ладонью по затылку, словно пытаясь собрать расползающиеся мысли. Затем он прошёл на кухню, и оттуда раздался глухой звук открытого шкафчика. Секунда — и урка вышел обратно с кухонным полотенцем в руках.

Разумеется. Оставлять отпечатки он не хотел…

Тигран подошёл ко мне и, схватив за плечо и бок, попытался меня перевернуть.

— Сука… нажрал себе жопу… — прошипел он, с трудом перекатывая меня на спину.

Я услышал, как Милана тихо втянула воздух ноздрями. Судя по тому, что она стояла чуть в стороне, не приближаясь, в этой ситуации девчонка уже была не подельницей, а наблюдателем, отстранённым и трезвеющим на глазах.

Наконец перевернув меня, Тигран склонился ниже. И тут же застыл, удивлённо расширив глаза.

— Э… так… — выдавил он. — Милана… а где… карман?

Он ткнул пальцем в мою пижаму, где, по её словам, должен был быть нагрудный карман с деньгами. Конечно, никакого кармана не было — это была лишь наживка, грамотно поданная девчонкой.

Тигран сбился,оглядывая мою пижаму, потом снова на Милану.

— Ты же говорила… — пробормотал он, — … что бабки… здесь…

Он поднял полотенце, словно надеясь, что под ним деньги вдруг материализуются, и ещё раз проверил мою грудь.

— Так где, бабки? — урка начинал злиться.

Это было видно по тому, как напряглись мышцы его шеи и как сузились глаза.

Я уже собирался открыть глаза и схватить этого ушлёпка за шкирку. Момент был подходящий, он окончательно потерял бдительность, наклонившись ко мне так низко, что я мог бы одной рукой прихватить его за горло и приложить об пол. Но Милана внезапно опередила меня.

Прозвучал резкий, гулкий БА-М!