Книга Физрук: на своей волне 5, страница 52 – Валерий Гуров

Соня послушала и, как показалось, нахмурилась ещё больше.

— Владимир Петрович… — процедила она также едва слышно. — А если они расскажут всё… тем, кому не нужно рассказывать?

Что сказать, вопрос Сони был абсолютно по делу. Я бы на её месте спрашивал то же самое.

Я боковым зрением видел, как у пацанов в этот момент чуть напряглись спины — от самой идеи, что их могут посчитать «сливными бачками». Их это задело, и да, хоть Соня и говорила шёпотом, но ученики это всё-таки услышали.

— Не расскажут, — отрезал я. — Я им доверяю от и до.

Соня снова покосилась на пацанов, будто проверяла, не услышали ли они её сомнение. Взгляд у неё был именно тот, который я хорошо знал: тревожный и недоверчивый.

— Володя, — тихо прошептала она, — ты же сам понимаешь, что если здесь кто-то рот откроет, все наши планы пойдут… — она не закончила, но и так было понятно, куда именно «пойдут».

— Понимаю, — ответил я. — И именно поэтому говорю тебе, что такого не будет. Ребята проверенные и надёжные. Им можно доверять.

Соня всё же поколебалась. Я видел, как она снова вернула взгляд к пацанам. Оценивала, взвешивала и пыталась понять, где здесь подвох. Но подвоха не было. Просто завуч привыкла ожидать худшее.

Чтобы не дать ей уйти дальше в собственные опасения, я мягко взял её под локоть и подвёл к столу. Так, чтобы она почувствовала, что ситуация под контролем.

— Присаживайся, — сказал я, предлагая ей стул и улыбаясь, чтобы снять напряжение.

Соня села. Рефлекторно вернула себе строгий вид, повернулась к пацанам и произнесла сухо, с налётом официоза:

— Можете садиться, мальчики.

Пацаны подчинились сразу. Соня тут же заметила лишнюю кружку, аккуратно поставленную в стороне, и мой взгляд на часы.

— Мы… ещё кого-то ждём? — спросила завуч сдержанно. — Или можем начинать?

От автора:

Попав в 1942-й вместе с подземным объектом по изучению БПЛА, я остался один среди войны. Лишь техника будущего даёт шанс прожить новый день.

https://author.today/reader/517746/4891074

Я уже открыл рот, чтобы ответить завучу, но не успел. В дверь постучали — на этот раз уверенно, как стучат люди, которые всегда приходят вовремя.

Соня повернулась, напрягшись ещё больше. Пацаны синхронно подняли головы.

И когда дверь наконец открылась, на пороге появился Иосиф Львович собственной персоной. Всё с тем же немного рассеянным, но удивительно добрым выражением лица.

Пацаны за моей спиной едва слышно хмыкнули по-доброму. Географ умел располагать к себе, даже если сам этого не замечал.

Соня, едва увидев географа, мгновенно нахмурилась. В её взгляде появилось холодное неодобрение. Не злость даже, а скорее усталое раздражение. Завуч слишком давно привыкла считать Глобуса обузой. По выражению её лица было ясно, что эта встреча ей не нравится с первой же секунды.

Географ отреагировал зеркально. Львович инстинктивно ссутулился и замер в дверях, не решаясь пройти дальше без моего подтверждения. Его взгляд метнулся ко мне: тревожный, вопросительный и почти оправдывающийся.

Львович явно рассчитывал на спокойный разговор, а не на внезапную встречу с завучем. Соню-то он обычно обходил стороной…

Чтобы эта напряжённость не испортила всё с самого начала, я сразу вмешался:

— Коллеги, — сказал я, обращаясь сразу к обоим, — давайте на время оставим личные счёты. Я позвал вас сюда по другой причине. Полностью другой.